После года совместной жизни Роман предложил Наташе руку и сердце, как тут же красавчика словно подменили! Точно бес в него вселился: начал вдруг хамить, задираться и даже поднял на Наташу руку… Домой в срочном порядке! — решила девушка и укатила с загородной вечеринки, где происходило все это непотребство. И лишь утром узнала, что обгоревшую машину ее жениха нашли в овраге.
Авторы: Александрова Наталья Николаевна
здесь как дома, — сообщила я своему провожатому, входя в дверь. — Пожалуй, меня скоро возьмут в штат фирмы, раз уж все равно я хожу сюда как на работу.
Он по-прежнему ничего не ответил и подтолкнул меня вперед.
Я направилась было к широкой, устланной ковром парадной лестнице, по которой поднималась прошлый раз, но охранник жесткими пальцами схватил меня за локоть и подтолкнул к лифту.
— Эй, парень, поосторожнее! Синяки останутся, как я после этого на пляже покажусь? И вообще, ты что, думаешь, я так состарилась с нашей последней встречи, что не смогу подняться на третий этаж?
Охранник снова промолчал. Когда дверца лифта плавно закрылась за нами, он нажал на панели управления кнопку, обозначенную буквой X.
Кабина, вместо того чтобы подняться вверх, мягко скользнула вниз.
Это мне очень не понравилось. Мы и так находились на первом этаже, а сейчас опустились еще ниже, в подвал…
А подвалы в моем сознании связывались с «допросами первой степени», нацистскими застенками и прочими фильмами ужасов.
Лифт остановился, дверца открылась, и охранник грубо вытолкнул меня в коридор.
Похоже, худшие мои подозрения подтверждались.
Во всяком случае, в этом коридоре вместо мягкого освещения и пушистых ковров третьего этажа я увидела серые бетонные стены и цементный пол, скудно освещенные голыми лампочками, закрепленными под потолком через каждые пять метров.
Охранник, снова подтолкнул меня, и пришлось идти вперед по этому коридору, который уходил далеко вперед, теряясь в полутьме.
Однако слишком далеко идти не пришлось. Мой провожатый остановился возле железной двери и толкнул ее.
Мы оказались в большом квадратном помещении, ярко освещенном люминесцентными лампами. Цементный пол, проходящие по стене трубы, несколько стульев и один легкий стол, на котором лежал диктофон. И еще — тяжелое металлическое кресло, привинченное к полу и оснащенное кожаными ремнями, явно предназначенными для того, чтобы туго закрепить руки и ноги сидящего в кресле человека.
Это кресло так испугало меня, что на какое-то время даже потемнело в глазах.
Я не могла смотреть ни на что другое, кресло просто притягивало мой взгляд, и поэтому в первый момент я не заметила человека. Только когда он обратился ко мне, я увидела мрачного смуглого мужчину с тяжелыми припухлыми веками, который стоял справа от входа, перекатываясь с пятки на носок.
— Как добрались? — осведомился Вахтанг, уставившись на меня мрачным немигающим взглядом.
— Что за манеры? — Я пыталась держаться независимо и самоуверенно, но голос предательски дрожал. — Неужели нельзя было пригласить меня в гости так, как это принято в цивилизованном обществе? А то хватаете женщину на улице, как настоящие бандиты…
— Не видела ты настоящих бандитов, — с кривой усмешкой проговорил Вахтанг, — но ничего, у тебя все впереди! Впрочем, что это мы разговариваем стоя? Толик, усади нашу гостью!
Охранник подвел меня к ужасному креслу и толчком усадил в него. На меня накатила такая омерзительная слабость, что я стала послушной и безвольной, как тряпичная кукла. Правда, если бы я и захотела сопротивляться, это наверняка ничего бы не дало — силы были слишком неравны.
Толик пристегнул мои руки ремнями к подлокотникам кресла, затем нагнулся и точно так же закрепил щиколотки. Ужас нарастал в моей душе, как снежный ком, и казалось, я скоро не выдержу и дико закричу или просто умру от страха. Однако я каким-то невероятным усилием воли взяла себя в руки и проговорила дрожащим, неуверенным голосом:
— Не объясните ли, что произошло? Прошлая наша встреча была обставлена куда приличнее… Мы беседовали в прекрасно оборудованном кабинете, секретарша приносила кофе, а теперь — какой-то сырой грязный подвал, напоминающий эсэсовские застенки…
— Что произошло? — переспросил Вахтанг, подняв тяжелые веки. — Я думаю, это ты должна объяснить, что произошло. Я тебе поверил, думал, ты действительно ничего не знаешь о деньгах… Макс еще тогда говорил мне, что ты в деле и тебя надо как следует тряхнуть, но я его не послушал!
— Но я действительно абсолютно ничего не знаю! Я о деньгах услышала только от вас!
— Вот как? — прогремел под сводами подвала второй голос, злобный и истеричный.
Я оглянулась, насколько позволяло кресло, и увидела, что из небольшой дверцы, которую я сначала не заметила, появился старый знакомый Макс с лицом злого, испорченного ангела.
— Вот как? А тогда как же случилось, что ты профессионально ушла от слежки? И что ты делала сегодня весь день? Наш человек доложил, что у тебя наверняка были сообщники!
— Да какие сообщники! Ваш человек просто придурок! Я наняла уличных мальчишек за сто рублей,
