Всем нужны магические артефакты. Достать их сложно, зачастую приходится балансировать на грани жизни и смерти. Не каждый сумеет преодолеть ловушки и загадки истинных магов, сгинувших в вихре времен. Но поворот судьбы — и за спиной ничего нет. Можно прозябать… А если рискнуть? Да и выхода нет, проклятие отсчитывает мгновения. Нужно идти в надежде, что фортуна не оставит в трудный момент. А ритм жизни все ускоряется и ставит сложные задачи. Одно радует: жизнь насыщенная и интересная, сопровождаемая друзьями и врагами, интригами и романтикой, намного заманчивее спокойного и размеренного времяпрепровождения.
Авторы: Борисов-Назимов Константин
Минуту пытался меня пересмотреть, а потом сказал: – Говори все, что знаешь!
– С какого перепугу?! – удивился я.
Портрис отпрянул от моего кресла.
– Извини, старая привычка гипнозом сведения добывать, – вроде как смущенно и покаянно сказал граф, но в его глазах никакого раскаяния не наблюдалось.
– Так что там с выводомто? – усмехнулся я, не став заострять внимание на поступке Портриса.
Хотя и сделал себе зарубку на память, что с Портрисом нужно держать ухо востро. А вот то, что я не поддался гипнозу, – обрадовало. Хотя раньше проверить свою реакцию на такое воздействие случая не представилось, а ведь гипнозом пользуются многие, об этом я был наслышан. Кстати, даже артефакты такие есть, сам однажды заряжал для тайной стражи. Интересно, а против такого артефакта смогу устоять? Надо с Креуном пообщаться.
– С выводом? – тем временем переспросил граф. – Я еще во время болезни чтото подозревать стал. Генерто мне приносит всякие сводки, документы по жизни Лиина. Это у меня просто разминка для мозга такая была. Так вот, странности начались гдето с полгода назад. Я тогда удивился еще, но выводов сделать так и не смог, да и анализто у меня не получался. Только вчитаюсь в документ – а тут и приступ. А после приступа уже не так хорошо помню, куда размышления завели…
– И что за странности были полгода назад? – перебил я графа, стараясь направить его рассуждения в нужную тему, а то он так неизвестно куда уйдет в своих воспоминаниях, да и время идет.
– Вино. – Граф довольно посмотрел на меня и, видя, что я не понимаю, продолжил: – Поставки дорогого вина сократились почти вдвое!
– И что? При чем тут поставки вина? – удивился я.
– Рэн, ну это же элементарно! Трактирщики, видя, что расход вина снизился, стали меньше заказов на него делать!
– И что из этого следует? – никак не мог я взять в толк, что подразумевает старый «волк».
– Дорогим вином отмечают знаменательные события, – махнув рукой, принялся пояснять граф, – свадьбы, похороны, важные сделки… – Он поднял указательный палец вверх. – Понял?
И что мне говорить? На что намекает граф? Я задумался. Свадьбы и похороны должны быть всегда, и застолье на них – всегда; сделки… и они – всегда. Стоп. Сделки – торговля.
– Портрис, вы хотите сказать, что снизился объем торговли? – спросил я.
– Наконецто! – воскликнул граф. – Да, именно так! Торговцы всегда держат нос по ветру. Тут же как получается? Сделок торговых меньше, следовательно, караванов меньше, да еще рыскачи город игнорируют! – принялся загибать он пальцы. – И потом, неожиданная попытка сместить моего сына с так называемой нелицеприятной должности. Может, она кому и приятна, но никак не мне. Причем попытка больше походила на устроенную для отвода глаз, слишком топорно сработано, так не принято в воровском мире.
– Почему не принято? У них же был неплохой план, – возразил я.
– План? – Граф засмеялся. – Возможно, если не видеть всей картины. А благодаря тебе глаза у меня открылись. В воровском мире принято немного не так. Нож под ребро или общая сходка, где и решается такой вопрос. Тут же больше походит на шпионские игры, причем и Генер увлекся этими играми, ну тутто моя вина – слишком уж я его обучал хорошо, но главноето он и упустил. Нельзя смотреть на все со своей позиции, надо постоянно все анализировать и подмечать. А он стал заниматься только своим окружением. Я думаю, что по их плану из той поездки просто никто не должен был вернуться. Тогда в верхушке ночной гильдии произошел бы неизбежный раскол, и никому дела не стало, что творится вокруг. Все бы за место главы передрались. И кстати, – Портрис нахмурился, – я никогда не поверю, что тайники ничего об этом не знали.
– Выходит?.. – Я задал главный вопрос, ради ответа на который и пришел.
– Похоже, но фактов нет, надо проверять. – Граф забарабанил пальцами по столу.
Без Генера такой вопрос было не решить, и Портрис отправил Бурка за сыном. Я тем временем рассказал, что творится с артефактчиками, что на нашего брата объявлена настоящая охота. Граф задумчиво кивал и все более мрачнел, а выслушав меня до конца, сказал:
– Надо все взвесить и обмозговать; дождемся Генера и обсудим.
Генер же пришел не один, а вместе с Гунером. Они даже не пришли, а влетели в комнату.
– Рэн! Мы тебя по всему городу искали! – набросился на меня с упреками князь. – Ты же на королевскую охоту приглашен! Времени в обрез!
– Как в обрез? – удивился я. – Анлуса вчера сказала, что еще пара дней есть.
– Какое «вчера»?! – уставился на меня Гунер. – Ты после своего пробуждения двое суток проспал, как младенец! Мы тебя сегодня планировали будить, а если бы не добудились, то спящего повезли!
