Всем нужны магические артефакты. Достать их сложно, зачастую приходится балансировать на грани жизни и смерти. Не каждый сумеет преодолеть ловушки и загадки истинных магов, сгинувших в вихре времен. Но поворот судьбы — и за спиной ничего нет. Можно прозябать… А если рискнуть? Да и выхода нет, проклятие отсчитывает мгновения. Нужно идти в надежде, что фортуна не оставит в трудный момент. А ритм жизни все ускоряется и ставит сложные задачи. Одно радует: жизнь насыщенная и интересная, сопровождаемая друзьями и врагами, интригами и романтикой, намного заманчивее спокойного и размеренного времяпрепровождения.
Авторы: Борисов-Назимов Константин
но спустя мгновение открыл глаза и прислушался. Как минимум один удар угодил в цель, вопли врага слышны сквозь треск горящих деревьев.
– Они уходят! – воскликнула девушка.
Попытался создать сторожевую сеть и не смог – источник не дал даже крохи энергии. На какоето время я пуст; надеюсь, скоро восстановлюсь.
– Точно? – уточнил я у Кин.
– Сам посмотри! Удаляются в сторону города, быстро удаляются, один отряд не сильно пострадал от твоего удара, а вот атаковавший нас со спины – уничтожен, да и через дорогу аур мало осталось. Кстати, ауры их изменились! С черного цвета перешли на краснозеленоватый! – взахлеб затараторила Кин.
– Ивлус, – кивнул я старому воину, – возьми оставшихся в живых и аккуратно, не высовываясь, проверь, что на дороге.
Тот молча кивнул и, взяв с собой двух воинов, бесшумно удалился, хотя даже если бы он хотел, то его шагов в стоящем на весь лес треске, а также гомоне птиц все равно никто бы не услышал.
– Милорд, дозвольте перевязать вас, – наклонился ко мне телохранитель графини.
– Какие у нас потери? – спросил у него, смотря, как тот сноровисто перевязывает мне плечо.
– Грука и Стера потеряли, Квист ранен, – ответил тот, а потом добавил: – Про воинов графини ничего сказать не могу.
Вот ведь, как зовут телохранителей Кин, я до этого времени узнать не удосужился; ну да ладно – лучше поздно, чем никогда.
– Тебято как зовут? – спросил я его, когда тот закончил перевязку.
Рана была не опасной, просто сильно кожу посекло, да крови много вышло, но перебинтовать ее было необходимо. Самое интересное то, что она никак себя не проявляла, в руке небольшая слабость и все, даже не болит.
– Тринтом меня кличут, а напарника моего зовут, – он кивнул в сторону телохранителя, который рассматривал свой покореженный ударом льда арбалет, – Янгор.
Прикрыв глаза, я… задремал; вот уж чегочего, а этого совершенно не ожидал. Сквозь дрему слышал, как вернулся Ивлус. Открыть глаза и спрашивать сил нет. Вот привели коней, Ворон внимательно меня обнюхал и горестно каркнул. Два воина стащили тела погибших в одно место, потом один остался, а второй, вскочив на коня, отправился в сторону замка Кин. Графиня давала какието указания и несколько раз подходила ко мне, чтото спрашивала, трогала лоб, хмурилась и возвращалась к раздаче указаний. Да что ж такоето? Сил нет, но и уснуть не в состоянии. Напрягся и сел, встряхнул головой; слух вернулся, но в глазах еще двоится.
– Рэн, ты как? – присаживаясь на корточки возле меня, спросила Кин.
– Нормально, устал просто, – ответил ей и, оглядевшись, спросил: – Что происходит?
– Милорд, – начал докладывать Ивлус, – мы потеряли десятерых, один телохранитель и вы ранены. Бандиты, устроившие засаду, бежали, оставив на поле боя оружие и своих убитых соратников. Раненых среди них не обнаружилось, наверное, с собой взяли или добили.
– Воина куда отправили? – я погладил морду Ворона.
– В ближайшую деревню, он там мужиков организует, надо похоронить погибших да трофеи собрать, – пояснила Кин.
– Кто устроил нападение, выяснили? – задал вопрос Ивлусу.
– Нет, – он отрицательно покачал головой, – опознать никого не удалось, и при себе у них никаких бумаг не обнаружилось.
Коекак взгромоздился на Ворона, и мы двинулись в сторону города. Налоги уплатить необходимо. К вопросу о нападавших вернулись в пути, все указывало на соседей, но вот фактов нет. Вдруг еще какаято сила нарисовалась? Для себя этот вопрос оставил открытым, решив вернуться к нему, когда смогу спокойно проанализировать ситуацию. Сейчас же мысли путаются, не до разбирательств, на Вороне – и то еле сижу. До города добрался в полубессознательном состоянии. Вроде и в разговорах участвовал, но о чем шла речь, через мгновение вспомнить не мог. По тому, что окружающие не уточняли и не кидались ко мне с помощью, понимал, что вел себя вполне адекватно. В город нас пускать не хотели, у стражников мы вызвали нездоровый интерес. Еще бы, кучка вооруженных людей, в рваной одежде и со свежими перевязками – явные разбойники! Кинэлле пришлось достать свои верительные грамоты, после чего отношение к нам изменилось, даже дали стражника в провожатые до мэрии, где находились сборщики налогов. Налоговики нас промурыжили пару часов, документы составляли медленно и лениво, золото пересчитывали и перепроверяли несколько раз. А уж про подпись графини, которую они должны были заверить, и говорить нечего! У Кин, к концу этой экзекуции, руки были в чернилах, пальцы болели от пера, а в глазах – злость. Налоговиков не устраивал ее автограф: то нечетко, то завитушки отличаются… Девушка столько бумаги исписала, что я думал, они счет нам
