Всем нужны магические артефакты. Достать их сложно, зачастую приходится балансировать на грани жизни и смерти. Не каждый сумеет преодолеть ловушки и загадки истинных магов, сгинувших в вихре времен. Но поворот судьбы — и за спиной ничего нет. Можно прозябать… А если рискнуть? Да и выхода нет, проклятие отсчитывает мгновения. Нужно идти в надежде, что фортуна не оставит в трудный момент. А ритм жизни все ускоряется и ставит сложные задачи. Одно радует: жизнь насыщенная и интересная, сопровождаемая друзьями и врагами, интригами и романтикой, намного заманчивее спокойного и размеренного времяпрепровождения.
Авторы: Борисов-Назимов Константин
артефактчик вложил нож, которым пару минут назад я колол себе палец. Гунер перевернул левую руку, провел ножом по ладони, на которой мгновенно выступила кровь из пореза, после чего перевернул ладонь на драгоценный камень. Через секунду пентаграмма и рука Гунера скрылись в поднявшемся из древнего артефакта дыму. Огня нет, запаха не чувствуется, дым просто окутывает пентаграмму и скрывает руку князя до локтя. По сжатым и скрипящим зубам, каплям пота, стекающим по лицу Гунера, не сложно догадаться, что процедура – не из приятных. В дыму мелькает огненная вспышка, дым пропадает, а рядом с рукой лежит книга, на которой написано всего одно слово – «Исток».
– Ваше величество, – склоняет в поклоне голову Кринт.
– Мой король, – Гонвор прикладывает руку к сердцу.
По залу проходит шепот охранниковартефактчиков: «Гунер Первый!» Только старые князья да я никак не себя не проявляем. Поздравлять Гунера смысла не вижу, а у старых князей свои резоны. Новоиспеченный король берет в руки книгу истока, открывает ее и погружается в чтение. Мы молча ждем, пробежав глазами лист, который для меня (и думаю, всех окружающих) девственно чист, захлопывает книгу и встает, обводит всех глазами и произносит:
– Господа, надеюсь, я буду править мудро и справедливо. – Он поворачивается ко мне. – Рэнион, благодарю за оказанную честь. Хочу, чтобы ты и все присутствующие знали: по первому твоему слову с радостью передам тебе бремя правления.
– Ваше величество, – стараюсь скрыть улыбку, – поздравляю вас! Дай вам боги долгих лет правления!
Гонвор не выдержал и хмыкнул, а потом захохотал, Кринт отвернулся, стараясь сдержать смех, в глазах Агунира и Ринуга пляшут озорные чертята. Гунер улыбнулся и сам рассмеялся:
– Рэн, ты себе не изменяешь! – Он кивнул Кринту, глазами показывая на артефакт коронации: – Унеси, пока в нем нет необходимости, хотя… – он задумался, – погоди минутку. Есть еще один вопрос; в совете артефактчиков осталось совсем смешное количество участников, предлагаю ввести в него новых людей!
– Это правильно, давно надо было, но Вукос не соглашался, – поддержал инициативу новоиспеченного монарха князь Агунир.
А вот дальнейшее предложение его величества мне пришлось не по душе. Он мало того что захотел видеть в совете меня, так еще и решил «разбавить» сугубо мужское общество дамой! Женщина не может претендовать на трон, но ни в одних документах нет ограничения на то, что она не может занимать еще какиелибо должности в королевстве. Угу, документовто нет, но такого никогда не было! Просто реформаторская идея возникла у только что заступившего на трон короля! Но не это вызвало мое негодование. Боги с ним, пусть кто угодно занимает место в совете артефактчиков, но… Кин? Она же моя жена! Вот же старый прохиндей! Но на тот период времени я этого еще не ведал и не подозревал о коварных планах Гунера Первого, шкала настроения показывала не просто «Отлично», а «Лучше не бывает»!
Глава 14
Рыскач – свобода!
Книга истока приняла нового короля, который пытался убедить меня войти в совет артефактчиков. Мы с Гунером находились теперь уже в его королевском кабинете и он пытался втолковать мне все прелести должности в совете. Мол, и охрана положена по статусу и любой из аристократии агунов обязан подчиняться. Ну любой – не любой, а против силы не поспоришь, особенно когда рядом десяток артефактчиков с различными магическими штучками и есть возможность давать распоряжение именем короля. Недовольные указом советника могут оспорить решение, но не сразу и только у короля или совета. На памяти Гунера такого ни разу не случалось. Нет, оспаривали, конечно, но решениято никто не отменял, своих всегда поддерживают; правда, и перегибов не происходило. Конечно, это все прекрасно, но мне не надо. Вроде ушел от одной ответственности, а он все равно пытается, чтобы принимал участие в управлении королевством. Ага, сейчас! Разбежался! Да, налоги и охрана – вещь прекрасная, но… Я – рыскач, сам себе хозяин! И так с этими королевскими играми не занимаюсь любимым делом, так и квалификацию потерять в одночасье можно! Гунер понял, что убедить меня не выйдет, раздраженно махнул бокалом с вином, которое не замедлило выплеснуться и оставить пятно на столе.
– Не желаешь войти в совет, ладно, боги с тобой! – Он посмотрел на опустевший бокал, зачемто потрогал мокрое пятно на столе и продолжил: – Кинэлла за вас двоих отдуваться будет.
– Что?!
– Ну, она, в отличие от тебя, согласие дала, – буднично и не обращая внимания на мою реакцию, ответил тот.
– Но когда? – расстроенно выдохнул я.
– Сразу после голосования, –
