Всем нужны магические артефакты. Достать их сложно, зачастую приходится балансировать на грани жизни и смерти. Не каждый сумеет преодолеть ловушки и загадки истинных магов, сгинувших в вихре времен. Но поворот судьбы — и за спиной ничего нет. Можно прозябать… А если рискнуть? Да и выхода нет, проклятие отсчитывает мгновения. Нужно идти в надежде, что фортуна не оставит в трудный момент. А ритм жизни все ускоряется и ставит сложные задачи. Одно радует: жизнь насыщенная и интересная, сопровождаемая друзьями и врагами, интригами и романтикой, намного заманчивее спокойного и размеренного времяпрепровождения.
Авторы: Борисов-Назимов Константин
ли?
Граф встретил нас на своих ногах и в здравом рассудке. Меня даже узнал и очень заинтересовался Анлусой. После традиционных раскланиваний он спросил:
– Генер, сын мой, неужели?! – Граф держал в руке ладошку покрасневшей Анлусы.
Меня забавляла эта ситуация, тем более что сестра относилась к главе ночников, мягко говоря, не очень лояльно. Да и интересно было видеть смущенного Генера. Уж и не знаю, как я в голос не засмеялся!
– Отец, она лекарь! И у нас наконецто есть надежда! – ответил Генер.
– Да? – Граф поднял брови в изумлении, потом отмахнулся: – Моя жизнь, если ее можно так назвать, подходит к закату. Да и существовать в таком половинчатом состоянии уже выше моих сил. Пообещай мне, что если с лечением ничего не выйдет, то ты найдешь способ освободить меня. Конечно, напоследок мне хочется повидаться с внуком или внучкой… но боюсь, сил мне не хватит.
– Отец! – сглотнув ком в горле, воскликнул Генер.
– Давайте мы все вернемся к этому разговору после лечения. Надеюсь, оно будет успешным, – сказала Анлуса и вытащила из мешка кувшин восстановления.
– Хорошо, – кивнул головой граф, – надеюсь, ты меня вылечишь, и мы поговорим о внуках!
Даа, графу палец в рот не клади! Сестра стрельнула в его сторону глазами, но ничего не ответила. Молча поставила рядом с кроватью кувшин, а потом достала какуюто свою склянку, после чего протянула ее отцу Генера:
– Это сонное зелье: выпив его, вы проспите пару часов, а мы в это время займемся лечением.
Граф молча взял склянку, покрутил ее в руках, выпил, а потом вопросительно посмотрел на Анлусу. Та молча кивнула на кровать, и он без разговоров встал и проследовал на ложе. В комнате воцарилась тишина, слышно было лишь спокойное дыхание графа и нервные выдохи нашей троицы, мы все ужасно переживали. Не могу даже сказать, кто больше: может, Генер, а может, я или сестра. Граф тем временем сладко зевнул и через минуту уснул.
– Рэн! Активируй сосуд восстановления! – воскликнула Анлуса.
Я чуть поежился, но сделал шаг вперед и посмотрел на кувшин в магическом свете. Мне ведь нужен еще и небольшой поток магии, чтобы насытить необходимые руны. В комнате было несколько магических потоков: слабеньких, но мне больше и не надо.
– Анлуса, ты смотришь в магическом свете? – обратился я к сестре.
– Да! – коротко ответила та.
– Активирую! – произнес я и направил поток магии на одну руну, потом на вторую, третью и четвертую.
Последовательность я запомнил хорошо и ошибиться не мог, тем не менее моя спина вспотела, когда с минуту ничего не происходило. Но вот руны мигнули зеленым светом, я поспешно активировал диагностическую руну, и из горла сосуда полился поток магии. Такого потока я никогда не встречал. Он явно не принадлежал природной магии! Хотя он и не мог ей принадлежать; тем не менее, ожидая увидеть нечто подобное, к такому я готов все же не был. Поток магии представлял собой нечто подобное маленькому полупрозрачному облачку. Размер этого облачка составлял метра два в длину и сантиметров пятьдесят – в ширину.
– Рэн! На графа! – прервала мои размышления Анлуса.
Вот черт! Чтото я увлекся разглядыванием этого диагностического потока, но ведь интересно же! Так, что там Креун говорил? Ага, направить поток на больного… не проблема: направлять потоки в нужное место, после наращивания магической стены своего советника, я мог чуть ли не с закрытыми глазами. Готово! Облако в виде сферы окутало Портриса. Вот по поверхности сферы пробежали искры, и стал виден контур его тела, на котором отчетливо проступали темные пятна.
– Видишь? – указал я рукой в сторону графа, обращаясь к сестре.
– Не мешай! – нахмурив лоб, ответила Анлуса, пристально рассматривая больного.
Генер переводил взгляд с меня на Анлусу, но предусмотрительно помалкивал, понимая, что сейчас решается судьба лечения. Моя сестра тем временем подошла к сфере вплотную, внимательно рассматривая каждый очаг болезни.
– Организм поражен весь! – наконец изрекла Анлуса. – Больше всего этой дряни в мозге; боюсь, что полностью восстановиться графу будет трудно.
– Может, эта гадость разносится из мозга? – предположил я. – Ведь самое большое пятно указывает на голову.
– Рэн, у графа заражена не только голова, – скрестив пальцы так, что те побелели, сказала сестра, – мне надо подумать.
– А сколько есть времени? – спросил я, намекая, что думать надо быстро. – Ведь диагностика не может длиться вечно.
– Час есть, но мне столько не надо, – подняв руку, призывая к тишине, ответила Анлуса.
В комнате воцарилась тишина: самым громким звуком было биение о стекло бабочки, которая пыталась вырваться на
