Всем нужны магические артефакты. Достать их сложно, зачастую приходится балансировать на грани жизни и смерти. Не каждый сумеет преодолеть ловушки и загадки истинных магов, сгинувших в вихре времен. Но поворот судьбы — и за спиной ничего нет. Можно прозябать… А если рискнуть? Да и выхода нет, проклятие отсчитывает мгновения. Нужно идти в надежде, что фортуна не оставит в трудный момент. А ритм жизни все ускоряется и ставит сложные задачи. Одно радует: жизнь насыщенная и интересная, сопровождаемая друзьями и врагами, интригами и романтикой, намного заманчивее спокойного и размеренного времяпрепровождения.
Авторы: Борисов-Назимов Константин
волю. Анлуса же запустила руку в волосы и вдруг принялась чтото бормотать себе под нос. Все, что я расслышал, были слова «яд», «мозг», «легкие» и «старость». Вот сестра встрепенулась и стала пристально рассматривать руны на кувшине.
– Рэн, активируй поток целительства! – не глядя на меня, прошептала Анлуса, и ее шепот показался громом среди ясного неба.
Я вздрогнул, но, ни слова не говоря, активировал семь нужных рун. Из кувшина вышло еще одно облачко магии, вернее, даже шар, небольшой, можно сказать – с клубок пряжи, диаметром около двадцати сантиметров. Он на мгновение завис над диагностическим облаком, а потом резко упал в него, разбившись мелкими искрами. Теперь графа окутывала полупрозрачная белесая сфера, без какихлибо вкраплений.
– Рэн, смотри сюда! – Сестра указала мне на символ на кувшине. – Активируй этот, потом этот, затем…
В общей сложности я подряд активировал девять рун. Девять! Притом что точно помнил: максимальную комбинацию Креун называл из четырех. Но спорить с сестрой не стал, как и уточнять. В конце концов, каждый должен заниматься своим делом и доверять партнеру. Я выступал в качестве инструмента или рук целительницы, а Анлуса в данной ситуации была мозгом.
– Теперь активируй руну выхода! – сказала сестра, чем ввергла меня в замешательство.
– Какую руну?! – воскликнул я. – Креун мне ничего о ней не говорил!
Произнеся последнюю фразу, я прикусил язык. Генерто в комнате! И внимательно следит за всеми нашими действиями. Как ему потом объяснять мои слова?
– Вот эту. – Сестра указала руну на кувшине восстановления.
Активировав руну, я увидел, что из горла кувшина полился тоненький зеленоватый магический поток, устремившийся в сферу, которая приобрела зеленоватый оттенок, а потом из нее уже три потока стали вливаться в графа. Потоки вливались в голову, грудь и ноги. В ногито – зачем? На них, насколько помню, не было ни одного очага! Надо будет уточнить у сестры: интересно же. А граф тем временем продолжал спать. Анлуса попрежнему нервно всматривалась в спящего Портриса. Через пять минут из тех мест, куда вливались потоки восстановления, произошел выброс магической энергии в виде сгустков. Такого я никогда не видел и не ожидал увидеть! Из головы, груди и ног графа выплеснулись темные сгустки энергии, они кляксами повисли в воздухе, а потом втянулись в кувшин восстановления. Из груди Анлусы вырвался вздох облегчения, граф же перевернулся на бок, почмокал губами и… засопел. Моя сестра тем временем опустилась на пол и, смахнув со лба капли пота, произнесла:
– Чтото меня ноги не держат.
У Анлусы мы с Генером оказались одновременно, чуть не столкнувшись лбами. Сестра тихонько хихикнула:
– Со мной все в порядке, просто сильно перенапряглась. Все же магическим зрением так долго я никогда не смотрела.
– Черт! – хлопнул я себя по лбу. – Ну я и болван! Ты же себя полностью опустошила!
– Рэн, ты о чем? – взволнованно спросил Генер.
– Анлуса только недавно стала пользоваться магическим зрением в полном объеме. Она, можно сказать, новичок в этом деле, вот силы свои и не рассчитала, – попытался объяснить я главе ночников.
– Рэн, все я рассчитала, – отмахнулась от меня сестра, – немного посижу, сил наберусь, а потом буду бегать!
– Угу, до первого столба! Тебе пару дней отлежаться да отъесться надо! Вот тогда сможешь на небольшие расстояния передвигаться, – ответил я, прикидывая в уме, как бы транспортировать сестру домой.
Дело в том, что если организм человека, владеющего магией, полностью опустошает свои энергетические потоки, то он становится настолько слабым, что даже кости иногда не выдерживают нагрузки собственного веса и ломаются.
– Как лечението прошло? – нервным голосом спросил Генер.
– Да, что с графомто? – спросил я.
– Надеюсь, все в порядке, – устало ответила сестра. – В его организме был яд, теперь его там нет.
– Чудесно! – воскликнул Генер.
Глава ночной гильдии принялся нас благодарить и чуть ли не клясться в вечной любви и дружбе. Казалось, он сам немного потерял рассудок от радости. Но в его голосе не слышалось фальши или неискренности. Честно говоря, я никак не ожидал от этого человека таких слов, но скрывать не буду – было очень приятно.
Генер буквально умолял Анлусу остаться в доме отца, чтобы она набралась сил, да и другие аргументы у него были.
– За тобой тут будут ухаживать, как за королевой! Любое желание исполнят, да и ты за отцом приглядишь. Ему ведь может потребоваться помощь целителя, а никого, кроме тебя, допускать к нему я не собираюсь.
Если при первых словах Генера сестра скривилась, как от кислого помидора, то завершающая
