Да не реви же, разберусь. Первое преступление ты всё-таки против меня совершила. Можно настаивать, что у меня приоритетное право…
Я уже не слушала, уткнулась в чёрный бархат. Серебряное шитьё чуть оцарапало нос. Я позорно разревелась. Кажется, кнез требовал, чтобы я прекратила, уговаривал, успокаивал, что-то обещал. Я не реагировала, я выплакивала кошмар, в котором существовала с самого попадания в Зазеркалье, и мне впервые подумалось, что Фортуна, наконец, всё-таки, улыбнулась мне.
Земля ушла из-под ног. Я охнула, крепче вцепилась в кнеза и получила в лицо новую порцию воды, на сей раз ледяной.
— Ты не хотела успокаиваться по-хорошему, — невозмутимо пояснил он. — А ночь на исходе.
— Простите…
— Ты тоже извини. Мне не следовало требовать от тебя невозможное. Ты как? Он тебя не трону ведь?
— Не успел. Я… убила.
— Вот и хорошо. Давай, я принёс тебе одежду. Одевайся, и будем выбираться.
Я послушно кивнула. После истерики, вещи надо своими именами называть, я чувствовала приятное опустошение. Почти никаких эмоций, никаких сомнений. Раз кнез за мной пришёл, значит заберёт. Можно расслабиться, довериться. Кому, как не ему? Хотя я и не знаю о нём ничего…
Первым делом я допила воду из графина. Провела ладонями по лицу. Так, кнез сказал одеться. Надо исполнять. Ночь, он сто раз прав, не бесконечна. В свёртке я нашла тёмно-серое глухое платье и большой квадратный платок, видимо, волосы прикрывать.
— Я готова.
— Хорошо, — кнез без видимых усилий взвалил труп на плечо.
Я выглянула в тускло освещённый коридор первой. Охраны не было.
— Налево, — подсказал кнез.
С каждым шагом сердце стучало всё чаще. Неужели?! Неужели я вырвусь из ненавистной клетки? Мы дошли до лестницы, спустились на первый этаж, никого не встретив. Я не ориентировалась, ни разу не была в той части здания, но кнез вёл уверенно.
— Открывай дверь.
А магические замки? Кнез уже позаботился? Створка поддалась.
Мы попали в захламлённую пыльную подсобку. Осмотреться толком не получилось. Кнез ногой захлопнул дверь.
— К окну.
Кнез сгрузил труп на пол, встал на ящик, легко подтянулся и выбрался на улицу. Я так, пожалуй, не смогу. Не потребовалось. Кнез обернулся, наполовину свесился в подсобку:
— Держись за меня.
Э?
— За шею. Ну же! В коридоре на меня запрыгнуть не постеснялась, а сейчас что?
— Я была под дурманом.
— Твою же… Всё равно цепляйся.
Подхватив меня под бёдра, кнез в миг вытащил меня наверх. Я с упоением вдохнула ночную прохладу.
— Не отвлекайся.
Кнез спрыгнул обратно в подсобку, и в окне появилась голова трупа.
— Я помогу, но тяни его на себя, — проинструктировал кнез.
— Угу.
Похоже, кнез не в первый раз тела похищает. Уж больно уверенно действует… Вылез, закрыл окно, снова закинул ношу на плечо.
— Нам нужно пройти два проулка, а там ждёт экипаж.
Я согласно кивнула и вдруг испугалась. Слишком легко получается. Легко ли? А, чёрт! Но ели побег сорвётся в последний момент, когда свобода, вот она, только руку протяни, я не переживу. Погони не было. Наше исчезновение осталось незамеченным. Обнаружат, наверное, утром, да и то решат, что клиент забрал своё щедро оплаченное приобретение и убыл, не прощаясь. Я не отставала от кнеза ни на шаг, хотя колени начинали предательски подрагивать. Появилась одышка. Нет уж! Я даже бежать готова, лишь бы оказаться от заведения подальше!
Как мы проскочили проулки я толком не заметила. По сторонам не смотрела. В голове бились только две мысли — как не упасть и быстрее.
Мы повернули за угол.
С тыла наш транспорт показался мне обычной каретой. Подобную конструкцию я как-то видела в музее. Впрочем, на общих очертаниях сходство закончилось. Лошадей я не увидела. Транспорт оказался самоходным.
Кнез распахнул дверцу, скинул труп на пол, затем галантно подал мне руку и помог забраться в салон, а сам захлопнул створку и, судя по звукам, занял место шофёра. Или правильно по-другому назвать? А не всё ли равно? Главное, что экипаж мягко качнулся, скрипнули колёса, и мы покатились прочь. Да, скорей, пожалуйста.
Я почувствовала, как напряжение постепенно разжимает свои когти, даже дышать легче стало. Я поёрзала, удобнее устраиваясь на сидении, привалилась к боковой стенке. Думать ни о чём не хотелось. Вымоталась. В окно поглазеть? Во-первых, в предрассветном сумраке ничего толком не рассмотреть. Во-вторых, открывать занавески без разрешения плохая идея. Светильников в салоне то ли не было, то ли кнез не посчитал нужным их зажигать. Ехать предстояло в кромешной темноте, в компании трупа. Я снова улыбнулась. А можно
