его ушами.
— Сани!
Прости… А вот не полезла бы со своими спасательными инициативами, была бы сейчас жива, здорова. Из дома меня, конечно, Амади выставила бы и ускорение пинком бы придала, но это же такие мелочи. Я была бы жива. Ценой смерти Тианара. Воображение нарисовало кнеза, лежащего мёртвым, с чёрной, обугленной кожей, и мне стало дурно. Нет! Я хотела найти своё место в жизни? Будем считать, что нашла. Роль любовницы меня не устраивает, а незримой хранительницы — вполне. Буду всегда рядом, буду присматривать, оберегать. Подумаешь, привидение… И тут я вспомнила, что убийство кнеи — единственный способ разорвать неугодную связь.
Финита ля комедия. Стало страшно. Вдвойне страшно, потому что кнез тоже испугался, и его эмоции наложились на мои.
— Сани! — Тиан стащил моё тело на пол.
Без души оно умирало. Сердце остановилось.
Жаль…
— По крайней мере я узнала, что такое настоящая любовь. Обидно, что ты не слышишь меня сейчас, Тиан. Я бы хотела на прощание рассказать, что ты преобразил мою жизнь, подарил настоящее чудо. Гонясь за карьерным успехом, деньгами, преодолевая вечные жизненные неурядицы, я настолько привыкла к одиночеству, что даже не понимала, что упускаю. Единение душ было чудом, и оно стоило того, чтобы умереть.
Тианар не слышал. «Раз-два-три», — считал он про себя. Упрямый… Не ожидала, что в мире магии умеют делать непрямой массаж сердца.
— Ну жа, Сани!
Раз-два-три — считала я эхом.
— Будь счастлив, мой кнез.
Моё тело на полу выгнулось, сердце сократилось самостоятельно, но я не обольщалась. Долго борьба не продлится. Я-то по-прежнему витаю где-то.
Кнез посчитал иначе:
— Знаешь, Сани. Ты сама напросилась!
Пламя вспыхнуло в одно мгновение и сразу до небес. Оранжевые, красные, жёлтые нестерпимо жаркие языки заслонили от меня весь мир. Огонь не жёг, но впервые жар причинял дискомфорт. Огонь больше не окутывал подобно тёплому одеялу, с каждым вдохом он проникал в лёгкие, сливался со мной. Мне даже показалось, что по венам у меня теперь вместо крови бежит раскалённая лава.
— Сани, ответь мне!
Я закашлялась, почувствовав зуд в районе солнечного сплетения.
— Д-да?
Меня затопило облегчением кнеза:
— Получилось…
Что получилось? Огонь всё ещё кипел в крови, но видеть не мешал. Я улыбнулась, поймав взгляд Тиана. Стоп…
— Я очнулась?
Тиан ответил непечатно. Это же как он волновался за меня! Пожалуй, только сейчас, придя в себя, я в полной мере могу оценить, что Тиан сделал. Он бросил коллег, бросил всё, хотя речь идёт о расследовании преступления против Короны, наплевал на опасность и пришёл ко мне, вырвал из лап смерти. И сейчас продолжает беспокоиться о моём самочувствии…
— Сани, не смей «уплывать». Сосредоточься на своих ощущениях.
— Тебе нужно вернуться, да?
Вслух Тиан не ответил, но мне хватило его мыслей, которые я обрывочно продолжала слышать. «Да, но не могу же я тебя оставить. Амади, как оказалось, с такой ответственностью не справится».
Ха! Да Амади была бы счастлива, если бы я сыграла в ящик. Впрочем, вслух давать девушке нелестную характеристику я не стала. Всё же она сестра Тиана, так что пусть лучше все подробности будут не от меня, а от деда.
И вообще, для начала неплохо бы с пола подняться. Тианар уловил моё намерение и осторожно переместил меня на кровать. Пожалуй, сама бы я не справилась. Пока лежала, не шевелясь, слабость особо не ощущалась, но стоило пошевелиться…
— Сани?
А не признаться ли мне в любви? Я открыла рот. И закрыла.
Тианару я важна, бесспорно. Иначе бы он не примчался, бросив всё. Но не окажется ли моё признание ярмом на его шее? Тиан ведь говорил коллеге об искренних чувствах. Это же не обязательно любовь? Симпатия, благодарность… Ставить кнеза в неловкое положение своим признанием я точно не хочу.
— Сани?
— Спасибо, что спас, — улыбнулась я.
— Это тебе спасибо. Как ты?
— В норме.
— Тогда отдыхай. И… Сани, прости, но я запрещаю тебе повторять сегодняшний смертельный номер. Я постараюсь вернуться, как можно быстрее.
«Амади попросить присмотреть?»
Только не это! Убьёт же.
— А я с твоим дедом утром познакомилась, — пробормотала я.
Тиан услышал.
— Дедушка здесь?
«Какая удача!»
— Сани, отдыхай.
Не знаю, было ли это влияние клятвы или нет, но я неприлично широко зевнула. Усталость брала своё, я задремала. Цветные пятна, сюрреалистические образы проплывали перед глазами, а потом словно кто-то штору отдёрнул. Во сне я увидела свою потерянную квартиру. Будильник надрывался, я безнадёжно опаздывала на работу, но вместо
