Типичная ситуация в попаданской жизни. Выдернули девушку с родной кухни, бросили на какой-то полянке в чужом мире и смылись по делам. Крутись, Ксюша, как хочешь, приспосабливайся, заводи друзей: сильф, вор, палач, опальный поэт… Кандидаты один другого обаятельнее!
Авторы: Фирсанова Юлия Алексеевна
по крышке – гладкий лак, никакой шероховатости, поелозила сережкой по темной доске. Вещица скользила хорошо, как лезвие конька на катке. Замолкшая Нория и притихший Хант наблюдали за моими манипуляциями, как паства за жрецом, готовящимся погадать на чьихто внутренностях.
– Внимание! Всем оставаться на своих местах! Следственный эксперимент, – объявила я, схватила со стула разложенное платье Нории и махнула в стремительном развороте к двери его рукавом по комоду.
Тяжелая сережка, продемонстрировав отличные аэродинамические характеристики, сорвалась с места, как ракета, и звякнула далеко под кроватью. Я оставила в покое платье и полезла следом за лишившимся пары украшением. Разумеется, второй серьги на том же месте не было, но, сотворив свет наскоро написанной в воздухе руной кано , я внимательно обследовала все щели. Хорошо еще хоть пыли тут не было, пусть Нория и отличалась вспыльчивостью нрава, но пыл и пыль слова не однокоренные, за ее аккуратность и чистоплотность можно было ставить десять балов по десятибалльной шкале. В нежном, совсем не похожем на неистовый жар истинного пламени свете руны я уловила легкий проблеск коварного металла в злополучной щели между досками.
– Ага! – довольно улыбнулась я и вылезла, зажимая украшение в руке. – Держи! – протянула вещицу хозяйке.
– Но она же одна, – неуверенно, будто сомневалась в достоверности зрительной информации, заметила Нория.
– Точно, – подтвердила я, почти насильно вкладывая сережку в ладонь женщины. – А за второй полезете сами, она в щель между четвертой и третьей от стены досками провалилась – глубоко, просто так не выцарапаешь. Наверное, доску отдирать придется, чтобы достать! Золото на магнит не потянет…
– Спасибо, почтенная магева, – покраснела как помидор хозяйка трактира, не отрывая глаз от серьги. – И благодаритьто вас как, даже не знаю!
– Перед сыном извинись, вот и вся благодарность. Я же магию для поиска твоего наследства не использовала, так что ты мне ничего ужасного не задолжала, – пожала я плечами и, не дожидаясь ответа, вышла.
Но то, как, виновато моргая, Нория крепко прижимает к себе Ханта, заметить всетаки успела, и довольство разлилось в душе. Я даже простила сильфу бесцеремонную побудку в стиле вызова на пожар.
– Хорошо все устроилось, – выбравшись из гнезда в волосах, в такт моим мыслям умиротворенно констатировал Фаль, не мешавший мне в процессе следствия ни словом, ни действием. То ли абсолютно доверял, то ли боялся, что разбушевавшаяся не на шутку трактирщица может ненароком задеть хрупкое на вид сильфово тельце. Хотя, я уже успела убедиться, мотылек был невесом и уязвим только на вид. Из всех приключений, свалившихся на наши, выразимся не поамерикански, души, Фаль умудрился выйти абсолютно невредимым, если не считать огроменного фингала, приобретенного им в качестве входного билета в клуб друзей магевы. Но с другой стороны, Лаксуто пришлось заплатить подороже – располосованной рукой, а Кейру и вовсе прыгнуть голяком из окон борделя на острые черепки.
– Эгей! Вот ты где, Оса! – весело, словно и не бывало неловкого молчания в темноте у дверей, приветствовал меня вор, шустро взбегая по лестнице с первого этажа. – А там тебя вовсю ищут!
– Кто? – жалобно поинтересовалась я, прощаясь с надеждой на спокойный завтрак.
– Кажется, шмотки твои привезли, – объяснил рыжий, и я, издав радостный вопль команчей, помчалась вниз, опережая приятеля на три корпуса. Фаль, чтобы не упасть, вцепился мне в рубашку всеми конечностями и визжал от восторга, заимев столь шустро галопирующую «лошадь».
В зале, ближе к дверям, ведущим на улицу, и правда, топтались с двумя кофрами наперевес трое мужчин посыльного вида. Не в том плане, что не подходи, обложат небоскребом, а просто было в их внешности нечто сосредоточенноотстраненное, в краткой телеграммной форме это прозвучало бы: «Я тут ненадолго, отпустите быстрее, еще тысяча дел в других местах». Мое стремительное появление заставило посыльных опасливо скосить глаза в сторону окна, прощупывая пути бегства от гнева обезумевшей магевы. А чего она, если в своем уме, с гиканьем по трактирам носится?
– Привет! Где вещи? – затормозив в паре шагов от носильщиков (эльфийские туфли классно скользили по доскам) требовательно вопросила я, пытаясь с ходу определить, какой из двух чемоданов сокровищ мой.
– Маэстро Гирцено шлет вам свои наилучшие пожелания и сии туалеты, почтенная магева. – Люди торопливо выставили кофры перед собой, будто отгораживались ими от безобидной меня.
Надо же, а портному понравилось экзотическое словечко, в обиход вводит вместо дворянского титула, мимоходом подметила я и заявила:
– Перешлите
