Типичная ситуация в попаданской жизни. Выдернули девушку с родной кухни, бросили на какой-то полянке в чужом мире и смылись по делам. Крутись, Ксюша, как хочешь, приспосабливайся, заводи друзей: сильф, вор, палач, опальный поэт… Кандидаты один другого обаятельнее!
Авторы: Фирсанова Юлия Алексеевна
толике магии, магева Оса! – выпалил разом мужчина, наверное, опасаясь в процессе долгого разговора утратить смелость. – Если способен я к ней, научи! Будет чего на островах показать, чем слово свое подтвердить! Завтра ведь в разные стороны дорожки наши разойдутся, некого просить будет.
Я замялась, не зная, как объяснить все правдиво и не обидеть Сарота, а потом плюнула и сказала как есть:
– Поверь, я бы с радостью тебе помогла, только магией, какая мне по силам, в здешних местах никто не владеет, да и, кажется, не сможет обучиться вовсе не изза малого таланта или лени, а потому что другое волшебство вошло в их плоть и кровь с молоком матерей. А как положено вам колдовать, я не знаю, прости.
– А своей магии научить меня можешь? – снова попросил мужчина.
Фаль сочувственно зацокал языком, созерцая переживания человека, и тоже обратил на меня вопросительный взгляд. Ручаюсь, мотыльку хотелось еще и поглазеть на бесплатное представление. А уж каким оно получится: комедией или шоу со спецэффектами – неважно.
– Попробовать могу, только, чур, не огорчаться, коль ничего не выйдет, предупреждаю еще раз, не твоя в том вина будет, – сдалась я и прошла к подсвечнику с толстыми восковыми (еще медом пахли!) свечами, пока не зажженными, так как хватало лампы на столе и закатного света из окна. Шепнув руну кано , аккуратно затеплила свечи.
– Огонь вызывать будем? – с радостной опаской уточнил ротас.
– Нет уж, с огнем пока погодим, а вот тушить – другое дело, – поспешно объявила я. Не хватало только в благодарность за гостеприимство спалить милый особнячок баронессы Ивельды дотла. – Слушай, чтобы погасла свеча, я рисую мысленно знак. Вот такой, – изобразила в воздухе руну ансуз , желая, чтобы рисунок стал видимым для глаз Сарота. Проявляясь, будто переводная картинка, знак замерцал бледноголубым цветом, мужчина благоговейно выдохнул. Это – руна, именуется ансуз , она символизирует ветер, дыхание, движение воздуха. Поэтому, желая воздействовать воздухом на огонь, я взываю к ней и тушу свечку. Говоря проще, произношу название руны, черчу ее мысленно и одновременно помню о цели магического действия, о том, что хочу погасить пламя, а не вызвать бурю. Понятно? – Я наглядно продемонстрировала ученику процесс.
– Дда, – кивнул Сарот, шепча под нос название руны.
– Попробуй сам, – предложила ему, – если так будет проще, можешь рисовать руну пальцем в воздухе.
Мужчина встал рядом с подсвечником, нахмурил брови и, старательно выставив указательный палец, в точности выполнил все мои рекомендации. Пламя даже не шелохнулось! Ай да руны, с норовом магические создания, чужакам помогать не желают. Фаль разочарованно вздохнул, вспотевший от ментальной натуги Сарот бросил на меня отчаянный взгляд.
– Не переживай, я же предупреждала, мой способ колдовства только для меня и годится, – попыталась утешить наемника. Внешне он старался не показать разочарования, однако не слепая, видела, насколько мужик расстроен. А ведь предупреждала, чтоб не рассчитывал особенно! Азартный блеск в глазах потух, словно пеплом подернулся. Ну блин, наказание! Мужики иногда чище детей бывают! Вздохнув за себя и Сарота вместе взятых, потрепала морианца по плечу, ухватила за рукав, пресекая попытку сбежать из комнаты, и деловито заявила: – Значит, будем пробовать другие методы!
– Какие? – приостановился ротас, прекращая попытки прорваться к двери. Впрочем, воскресшей надеждой в его голосе и не пахло, скорее, твердым намерением перепробовать все, что я предложу, чтобы убедиться в тщетности своих глупых надежд на обнаружение магических талантов.
– А какие в голову взбредут, – нахально ответила я. – Для начала закрой глаза и попробуй представить, как твоя рука поднимается и двумя пальцами тушит фитилек свечки. Получается?
– Да, – пожал плечами мужчина, не понимая, чего именно добиваюсь, впрочем, точно я бы и сама не смогла сформулировать, зато могла, как и обещала, пробовать, чем и занялась.
– Отлично, а теперь усложним задачу, представь, что твое тело облекает тонкая оболочка, в точности повторяющая контуры, как вокруг летнего солнца в небе колышущееся марево. И чтобы погасить свечку, поднимается не рука, а эта самая оболочка, твое личное марево. – Как иначе обозначить воину понятие ауры или внутренней энергии, я не сообразила. Пришлось подбирать максимально наглядное сравнение. – Пусть оно потушит свечу. Давай!
Сарот напрягся, капельки влаги выступили на лбу, покраснели щеки, он зачемто задержал дыхание. Фаль восторженно охнул. Огонек, бойко мерцающий на кончике правой свечи, неуверенно мигнул, будто сбитый с толку, и погас. Я сама едва не икнула от неожиданности
