Типичная ситуация в попаданской жизни. Выдернули девушку с родной кухни, бросили на какой-то полянке в чужом мире и смылись по делам. Крутись, Ксюша, как хочешь, приспосабливайся, заводи друзей: сильф, вор, палач, опальный поэт… Кандидаты один другого обаятельнее!
Авторы: Фирсанова Юлия Алексеевна
предостерегла я женщину.
Та отлипла от сына и, как была на карачках, поползла ко мне с явным намерением уцепить за одежду и сказать все как есть. Глаза из-под таких же белесых ресничек, как у пацана, фанатично проблескивали:
— Кори, сам Гар вас сюда послал!
— Надо же, угадала, — задумчиво фыркнул сбоку Киз.
— Кабы не ар ваш целительный великой силы, сына бы не уберегла! Помер бы, аль увечным навек остался! Чем отплатить вам за спасение?
— Переночевать пустите и покормите, — предложила я реальный бартер. — А то мы с утра в дороге. Подустали.
— Конечно, конечно, — подхватилась было, засуетившись, баба, да ахнула снова и схватилась за живот.
— Отлежись сначала, пацан твой покажет, куда лошадей поставить, — твердо приказал ей Киз и подхватил под локоть, не давая ринуться куда не след и тем навредить себе до такой степени, чтобы мне и впрямь пришлось в спешном порядке осваивать акушерские приемы.
Киллер решительно отконвоировал бабу в дом, а пацан оглядел заляпанный кровью двор, колоду, передернулся от вида запекшейся пленки на топоре и почему-то шепотом спросил:
— Т-так взаправду я…
— Взаправду ты очень везучий, парень, — продолжил за паренька Гиз и играючи вздернул того на ноги. Вот же невысокий он у меня и скорее жилистый, чем мускулистый на вид, а силы на пару борцов-тяжелоатлетов хватит. Интересно, это хорошая наследственность или плоды дрессировки в Тэдра Номус? А может, и то и другое, вряд ли там стали бы работать с бросовым материалом.
— Кори, а на ваш ар можно посмотреть? — сразу загорелся парнишка, ощупав и даже обнюхав исцеленную руку.
— А можно сначала лошадок напоить, в стойло поставить, нам с дороги умыться? — попросила я.
Паренек покраснел так густо, будто его в малиновую гуашь окунули, и торопливо ринулся в сторону длинной пристройки, крытой теми же красно-оранжевым удивительными листьями.
Пристройка оказалась конюшней, где скучала пара лошадок: один совсем старый, даже на мой неподготовленный взгляд, жеребец и кобылка пободрее и помоложе. Еще шесть стойл пустовали, но были чисты, а пол застилала свежая солома.
«Значит, — подумалось мне, — я угадала, тут и в самом деле какая-то перевалочная база».
— Давно гостей не встречали? — обронил как бы невзначай, между делом, Гиз, ведя под уздцы своего и братова коня.
— Давно, кор, — с готовностью согласился паренек, пыхтя от натуги, он уже пер ведро чистой воды к поилке. — У нас все больше по осени останавливаются да в начале лета, как артефские с дозором или в ученье молодняк везут. А сейчас не сезон.
«Ага! Так это секретная дорога гильдейцев!» — сообразила я. Потому и чары на ней, и знает о пути не каждый встречный-поперечный. А наша свинка на пороге топчется, внутрь не пошла, чтобы от какой-нибудь лошадки копытом не получить, стало быть, тоже к гильдии отношение имеет.
Паренек, оклемавшийся с похвальной быстротой (полагаю, в том имелась немалая заслуга рун, добавивших сил), был полон жажды услужить спасителям и жадно ловил каждый наш жест. Все казалось ему значительным и интересным. Наверное, с мгновенным и полным исцелением раны я малость перегнула палку, если судить по реакции пациента и его болтовне, столь быстро и эффективно работали лишь очень мощные личные ары, которые кому попало не доверялись. А мы, не носящие открыто знаки гильдейские и их облачение, но пользующиеся между делом великими артефактами, могли являться лишь высоким гильдейским начальством, путешествующим инкогнито. В глаза нам об этом пацан, конечно, не сказал, хватило и неуклюжих намеков. Мы, разумеется, ни подтверждать, ни опровергать его выводы не стали, чем еще более уверили паренька в истинности его убеждения. Да и мамаша, судя по изначальному намерению в знак благодарности поползать на коленях, пришла к тем же выводам.
Пацан немедленно принялся обихаживать лошадей, сразу видно, к этому делу у него привычка была и душа лежала. Работал споро, пусть и трещал сорокой, не удержавшись от похвальбы насчет того, что о трех животинах позаботиться не хитро, а вот как десятком наедут, тогда и ему, и папаше повозиться приходится.
— А сейчас папка где? — подкинул вопросик Гиз.
— Так на пасеке, — чуть растерявшись, что такую элементарную вещь объяснять пришлось, брякнул Каллий.
Пацанчик, назвавшись нам полным именем, скромно сообщил, что пока его кличут Калом. Подавившись смешком, я тут же решила, что называть его лучше буду по аналогии с химическим элементом из таблицы Менделеева, нежели «ароматным» сокращением. Зачем мелкого обижать?
