Типичная ситуация в попаданской жизни. Выдернули девушку с родной кухни, бросили на какой-то полянке в чужом мире и смылись по делам. Крутись, Ксюша, как хочешь, приспосабливайся, заводи друзей: сильф, вор, палач, опальный поэт… Кандидаты один другого обаятельнее!
Авторы: Фирсанова Юлия Алексеевна
из явно дорогих пород дерева инкрустированной столешницей. Еще имелся набор стульев точно такого же стиля, как и основной предмет мебели, тяжелые золотые портьеры на высоких и узких, как щели забрала, окнах плюс немного декоративной всячины. Ну там, вазы большие, портреты, несколько скульптур каких-то надменных дядек.
Кроме того, на отдельном низком, где-то высотой по колено помосте находился тот самый трон. Вернее, его копия. В силу того, что магические символы, нанесенные на оригинал, визуально не фиксировались, заговорщикам для изготовления фальшивки понадобилось лишь раздобыть кусок камня близкого оттенка и скопировать внешний довольно примитивный вид королевского сиденья. Задумываться о том, что стало с каменотесом, исполнившим оригинальный заказ, не хотелось, но вряд ли с ним расплатились рыбками или колосками, скорей уж расчет шел в остром железе.
Мне показалось, по старинной задумке стол располагался таким образом, чтобы трон стоял четко напротив, а сидящий на нем исполнял роль руководителя заседания. Ныне королевское место располагалось обособленно, а прочая меблировка находилась от трона на максимальном, насколько позволял простор зала, расстоянии.
Итак, приступим! Портал возник как раз по левую сторону от трона. Теперь главное: я размашисто, перекрывая все пространство волшебного прохода, нарисовала рукой и выдохнула: гебо. Подразумевалось одно из буквальных значений руны — обмен. И добавила йер — руну не плодородия, но цикла, круговорота и буквально поворота! Чуть-чуть подумала и присовокупила к композиции наутиз — не принуждение, а необходимость, крайнюю нужду для экстренной активизации заклятия.
Полюбовалась делом рук своих и изо всех сил сосредоточилась на цели колдовства. Руны полыхнули. Серо-синим — портал, красным — гебо, золотом — йер и кирпично-коричневым — наутиз. Вспыхнули и пропали. Я невольно зажмурила глаза, на оборотной стороне век все еще танцевали знаки, а когда открыла глаза вновь, увидела трон. В свете кано он не светился ласковым янтарем сдержанной мощи. Фальшивка была лишь мертвым камнем, не более и не менее того.
— Получилось! — благоговейно выдохнула Риалла.
— Ага, — устало согласилась я, потерла лоб и резюмировала: — Но как его замаскировать под прежний, ума не приложу. Он же чистый! Красками я такое безобразие, как было, не нарисую.
— А знаком подобия нельзя? — захлопала глазами юная артефактчица.
— Действуй. — Я сделала широкий жест и уступила девице дорогу к трону. У меня другой профиль, больше на живых существ и на явления воздействую, чем на предметы.
Риалла, взволнованная и очень гордая оказанным доверием, взлохмаченная, как попавший в бурю веник, подобрала с пола кругляшок чудесного дерева, позабытый в общей борьбе за трон и жизнь Киза. Вытащила из-за пояса что-то вроде гибрида спицы и долота из специального узкого чехла на поясе и прикусила язык. Я уж было испугалась, что нам снова понадобится кровь, ан нет, это девица принимала позу сосредоточения. Последовало несколько четких взмахов инструментом по кругляшу, потом Риалла слазила под трон и спрятала диверсионный элемент в углублении камня. Вылезла еще более пыльная и грязная, чем я, но довольная.
— И? — Киз ухитрился движением брови указать на оставшийся прежним каменный стульчак.
— Нужно немножко времени, — почти обиженно объяснила девушка. — Я написала, чтобы трон стал в точности подобным тому, который стоял на его месте. Сейчас морок навеется.
— А если сюда придут раньше? — влез с трезвым замечанием Гиз.
Н-да, расписания казней у нас на руках не было, и частоту посещений каземата предсказать никто в компании не мог. Зато сотворить кое-что другое — легко!
— Пускай приходят! — великодушно разрешила я и предложила друзьям: — Выходите-ка!
Упрашивать никого не пришлось, да что упрашивать, даже дважды повторять не понадобилось. Стоило мне предложить, как Шеллай с быстротой молодого оленя рванул в провал-дверь. Умилительное доверие! Или просто казематы никому не пришлись по душе? Тюрьма не то место, где хочется задержаться подольше, наслаждаясь климатом и красотой интерьера.
Ладно, не суть важно. Я дождалась, пока вся честная компания перекочевала в подземный ход, вылезла сама из второй в жизни тюрьмы, куда сунулась по доброй воле, и шепнула, прорисовывая обратный узор: «Кано!»
Руна перевернулась уголком внутрь, и на каменный мешок снизошла абсолютная тьма. Теперь у фальшивого трона был щедрый запас времени на адаптацию к маскировочным чарам.
Засветив новую кано
