Типичная ситуация в попаданской жизни. Выдернули девушку с родной кухни, бросили на какой-то полянке в чужом мире и смылись по делам. Крутись, Ксюша, как хочешь, приспосабливайся, заводи друзей: сильф, вор, палач, опальный поэт… Кандидаты один другого обаятельнее!
Авторы: Фирсанова Юлия Алексеевна
как кажется, следовательно, недоброжелатели поостерегутся с нею связываться или подождут, пока их наберется побольше. Такого варианта развития ситуации исключать было нельзя.
Я еще немножко подумала о серьезном, а потом, прикалываясь над Лаксом, заявила:
– Кстати, об Александрах, знаешь, среди них всетаки есть симпатичные. Например, Александр Ежевикин, романсы поет так, что сердце замирает. Мне раньше не только слушать, но и смотреть на него нравилось. Он волосы в такой славный хвост собирал… А потом я узнала, что мой кумир женат и его супруга родила ему двойню.
– Ты ревновала? – с какимто болезненным любопытством уточнил Лакс, может быть, припомнив чтото из собственного любовного опыта.
– Не особенно, песни – это одно, личная жизнь – другое. Я могла бы ему простить брак и все прочее, если бы не имена, которые он дал детям. Человек, обозвавший своих родных чад Дроном и Фросей, не имеет права на мою симпатию! – гордо заявила я и даже выпрямилась в седле.
– Да уж, для детишек менестреля имена больно простецкие, – охотно согласился вор, не слишком уяснив весь комизм ситуации, а мне так понравилось, как он надменного Ежевикина обозвал, что я простила приятелю толику недопонимания и спросила:
– Эй, Лакс, если не секрет, ответь, я, когда ваши имена слышу, они мне знакомыми кажутся, а вот твое нет. Почему?
– Матушка моя, – скривил губы вор, – на эльфах малость тронутая была, а пожалуй, и не малость. Так в честь какогото их древнего короля меня обозвала Лаксанрэномириэль. Кроме нее самой никто этого выговорить не мог, так я Лаксом и стал.
– У тебя такое красивое длинное имя! – с неожиданным уважением протянул Фаль. – Почти как у сильфа, жаль только, всего одно!
– Вот уж о чем никогда не жалел, – помотал головой Лакс, подозревая насмешку, но мотылек был абсолютно серьезен. Он задумчиво склонил голову набок и сделал неожиданный вывод:
– Ты очень скромный!
Вор так и прыснул в кулак.
– Вообщето, я с Фалем согласна, – поддержала я разговор, – нет, не насчет твоей скромности, а что имя красивое. Но такое звучное прозвание трепать в повседневном обиходе стыдно, посему, как бы оно нам ни нравилось, мы, пожалуй, будем продолжать звать тебя Лаксом.
– Вот и славно! – облегченно выдохнул парень, видимо, представив себе, каково не только зваться Лаксанрэномириэлем «по метрике», но и слышать такое имечко от друзей на каждом шагу.
За уже ставшим привычным веселым трепом мы коротали дорогу. Примерно в середине дня сделали короткий привал и снова пустились в путь. То ли у Дэлькора на копытах были амортизаторы или воздушная подушка, как у более современной техники, но только устала я гораздо меньше, чем вчера. И когда под вечер показалась россыпь домишек с огородами, а потом и сам знаменитый уже одним тем, что был первым увиденным мною городом этого мира, Патер, я была еще огого! То есть в состоянии самостоятельно держаться в седле и даже сойти с коня, если понадобится, а не сползти подобно какойнибудь знатной томной фифе на руки Лакса. Хотя пасть на руки рыжего, если, конечно, он меня ронять не надумает, могло оказаться очень даже приятным. Попробовать, что ли? Ну это так, к слову пришлось, не буду я падать, лучше продолжу глазеть по сторонам с высоты Дэлькора.
Мы чинно пристроились в конец небольшой очереди и въехали в малые ворота, охраняемые аж целыми четырьмя мужиками, то ли стражниками, то ли местной милицией. Нет, всетаки стражниками, поскольку, даже несмотря на жару, на исполняющих должностные обязанности господах были форменные кожаные куртки с нашитыми бляшками, заменяющие доспехи. Мужчины сжимали влажными ладонями гибриды алебарды с копьем и отчаянно потели, так, что разило аж до конца очереди, но мужественно терпели. Вряд ли им положено было пахнуть по инструкции, дабы заблаговременно приучать гостей города к ароматам места. Скорее всего парни маялись оттого, что блюли устав, ибо противный граф Кочерыжка ожидался с эльфийской делегацией в неопределенное время, начиная от сегодняшней ночи, если вдруг решат проехаться по холодку, до следующего дня. А встречать их надлежало при полном параде, мало согласующемся с гигиеническими требованиями.
Оказалось, для магев проезд в городские ворота беспошлинный! Вот это льготы! Но на иные меры социальной защиты интеллектуальной элиты рассчитывать, думаю, не стоило. Лакс как мой спутник отделался парой мелких монет, я пока так и не научилась разбираться в их достоинстве, а Фаль и вовсе проехал контрабандой, поскольку сам факт наличия сильфа в багаже остался для стражи тайной в связи с отсутствием детекторов.
Едва
