Даже если твой мир сливается с чужой вселенной, где в ходу магия, если становится ее частью — тоже как-то можно приспособиться к обстоятельствам. А еще лучше — попытаться что-то выгадать в свою пользу, стать могущественным или хотя бы просто сильным магом.
Авторы: Коваль Ярослав
которому тоже может грозить опасность, и ради самого себя.
– Попробую. Да, попробую. Но хочу, чтобы ты знал – мне действительно… как бы это сказать… глубоко безразлична судьба Мониля и монильцев в частности. Особенно после всего услышанного.
– Это я понимаю. Вполне естественно.
– Я хочу положения. Успеха. Магических знаний и навыков. Богатства, в конце концов, но готов зарабатывать его, а не требовать готовым.
– Ты получишь всё, что получил бы монилец, окажи он такие значительные услуги своей родине. Я это уже обещал и готов пообещать снова. Поверь, награда будет очень значительной.
– Откуда мне знать, что ты меня не обманешь? Я ведь чужой. Разве ваша этика требует выполнять обещания, данные чужакам?
– Чего ты хочешь? Клятвы?
– Уверен, у вас есть какието клятвы, которые обязательны к исполнению, раз уж принесены. Ну?
– Ладно, – помолчав, сказал Логнарт. – Есть обязательство куриала, которое я готов принести в нынешней ситуации, но лишь в том случае, если ты обязуешься в свою очередь сделать всё возможное, чтобы разрядить или закрыть Яворский зев. Тебя не выпустят из саркофага, в котором находится обелиск, пока напряжение не упадёт.
– Понятно. А что за обязательство куриала?
– Такое обязательство имеет действие закона, поскольку его обеспечивает Курия.
– Курия чародеев?
– Да. Главный законодательный орган Мониля. А также исполнительный и судебный. Обязательство одного куриала является обязательством всей курии. Достаточно авторитетно?
– Разве ты имеешь право давать подобные обязательства?
– Я? Имею.
– Почему?
Логнарт усмехнулся.
– Потому что я – один из монильских куриалов.
В первый же момент, когда я увидел «саркофаг» – громоздкое каменное сооружение, в котором раньше обитал энергетический обелиск, а теперь разверзлась бездна, готовая в любой миг поглотить целый мир – засомневался в разумности своего решения. Прямо к саркофагу были пристроены заводские корпуса, которые сейчас тоже представляли смертельную угрозу для любого живого существа, исключая монильцев, защищённых хорошей нейтрализующей системой. И беллиев, оснащённых айн. Типа как я.
Впрочем, я чересчур оптимистичен. Для меня тут безопасно лишь до тех пор, пока не грохнуло. А грохнуть может в любой момент. Например, вот прямо сейчас.
Однако мир оставался в равновесии, и я продолжил задумчиво созерцать громоздящиеся вокруг заводские постройки. На глаз можно было отличить цеха от складских помещений и вспомогательных корпусов, где когдато заседали работники канцелярий, ведущие строгий учёт выпущенной продукции, человекочасам и единицам производительности труда. Стены были сложены из массивных плит, издали казавшихся каменными. Но они в той же степени состояли из камня, как и дорожное покрытие – из бетона. И там, и там использовались совершенно другие материалы, о которых я ничего не знал.
Воздух меж строений дрожал, будто накалённый солнцем. Однако над Явором царила пасмурная погода. Лучи ничем не пригашенного солнца могли растормошить зев и ускорить катастрофу, поэтому монильские маги делали всё, чтобы тучи над этим местом никогда не рассеивались. Потому свет был приглушённый, и если б даже я обладал тончайшим зрением на свете, подробностей всё равно не смог бы рассмотреть. Мне казалось, что с неба вотвот обрушится гром, и молния на миг придаст пейзажу запредельную чёткость. Но небеса хранили молчание и тишину.
В уголках и закутках клубилась угрожающая тень. Это выглядело сурово. Только деревья, пожалуй, пугали ещё больше. Лето в разгаре, а они стоят, будто тополя поздней осенью, облепленные выцветшими, пожухлыми, мёртвыми листьями. Магия убила их. Дыша наполненным странными запахами ветром, я собирался с духом, чтоб шагнуть за кромку более или менее безопасной земли, за ограждение, выполненное из канатов, натянутых между разноцветных камней.
– Удачи, – сказал Логнарт, вынимая руки изпод края кушака. – И постарайся всётаки суметь.
– Естественно, постараюсь. Житьто хочется… – Я помедлил. – Дайка догадаюсь – ты тоже здорово рискуешь, доверяясь кейтаху, да ещё и давая ему обязательство куриала. А? Мы повязаны?
– Я, как старейший куриал, могу позволить себе риск. А если ты справишься, все упущения спишутся. Победителей не судят.
– Тебе повезло, что ты живёшь не в Римской империи.
– Я люблю свою страну, иначе не было смысла служить курии, кейтах. Ты хочешь ещё о чёмнибудь поговорить?
– Нет. – Меня слегка передёрнуло, надеюсь, незаметно. Я поднял руку, прощаясь, и увидел
