Даже если твой мир сливается с чужой вселенной, где в ходу магия, если становится ее частью — тоже как-то можно приспособиться к обстоятельствам. А еще лучше — попытаться что-то выгадать в свою пользу, стать могущественным или хотя бы просто сильным магом.
Авторы: Коваль Ярослав
рыбой баклан, хотя ныли почти все связки, и дико страдали мышцы ног. Да, надо бы заняться не только магией, но и физической подготовкой.
Впереди тумана уже почти не было – так, редкие клочья – зато часть пола представляла собой нечто напоминающее озеро ртути. В это зеркало можно было, наверное, посмотреться, проверить качество выбритости щёк. Вот только наклоняться над ним не хотелось категорически.
– И правильно, что не хочется. Кстати, любуйся: это редкая возможность увидеть столь компактное, концентрированное воплощение пространственновременной аномалии. В ходе детонации из таких аномалий иной раз образуются новые миры. Но, как я понимаю, ты жаждешь сделать всё, чтоб этого не произошло.
– Догадливая. Куда дальше?
– Вниз на уровень. Оттуда доступ к сформировавшемуся ядру уже открыт. Осторожнее по лестнице. Она тоже может находиться в области концентрации.
– Аномалий только касаться опасно?
– Всякие бывают варианты. Над этой, – она указала на ртутное озерцо, – небезопасно летать даже очень и очень высоко. А над туманчиком – пожалуйста. Тебе – можно. Монильцам – нет.
– Почему?
– Потому что ты пока не в том направлении развивал личный энергобаланс. Ты у нас недоразвит с человеческой точки зрения и всего лишь слегка поднатаскан – с демонической.
Я лишь хмыкнул и осторожно заглянул в проём, за которым начиналась лестница. Здесь, наверное, совсем недавно тоже было красиво. Сейчас, разглядывая спуск, я вспоминал полуразрушенную огромную церковь, по которой лазил ещё мальчишкой. Лишь незапамятным дореволюционным СНиПам и ответственности давно почивших в бозе строителей я тогда был обязан собственными жизнью и здоровьем, поскольку конструкция пребывала в ужасном состоянии, целых ступенек или там стенок было не найти – но стояла ж, ёмоё! И даже позволяла по себе лазить.
Здесь постройка пришла в запустение за гораздо меньший срок, и пострадала примерно так же… Будем надеяться, она тоже окажется стойкой и не уронит меня на пару этажей ниже вместе с обломками бетона, который вовсе даже и не бетон. Тем более что тут не предоставлено роскоши выбирать, куда бы поувереннее поставить ногу. Наступать можно только туда, где нет разнообразных пятен, образований, напоминающих морского ежа, влажно поблёскивающих чёрных пиков. Эти пики представляли собой свернувшиеся особым образом энергетические отходы, прикосновение к ним могло затянуть в карман пространства, из которого нет выхода, или войти в реакцию с естественной энергетикой человека, или… Много что, словом. Айн и сама толком не знала, что именно чем именно может быть чревато.
Пару раз пришлось перебираться через опасные места по перилам. Те опасно качались подо мной, но устояли, хотя я мысленно уже приготовился совершать смертельный трюк – парение на крыльях в условиях повышенной опасности. Здесь, поблизости от эпицентра магических событий, энергетические проявления случившегося распределялись неравномерно. Были тут области нулевой и даже отрицательной магической активности – области магического молчания, где мне трудно было ноги передвигать, и не получалось общаться с демоницей. Были аномалии. Были точки предельной напряжённости, сходные по уровню энергорезонанса с самым центром обелиска. Они появлялись хаотически и совершенно непредсказуемо исчезали. И происходило это настолько быстро, что несколько подобных явлений я наблюдал, пока пересекал залу и пробирался по лестнице.
Постепенно мне начало казаться, что я улавливаю в происходящем какуюто закономерность. Тем более что оставаться в одном, базовом уровне восприятия я всё равно не смог бы. Привычка сказывалась, она весьма решительно увела меня на те уровни восприятия магической действительности, с которыми я уже успел отчасти породниться за время «обучения» в демоническом мире. И тут видимое показалось мне ещё более опасным, чем мои поединки с властителем Хтилем.
Мир был изогнут глубокой пиалой, повёрнутой донышком вверх. С каждым мгновением – по крайней мере, так казалось – её изгибало всё больше. Нити, связывающие магические элементы пространства воедино, натягивались всё сильнее и сильнее. Недалёк тот момент, когда они примутся рваться одна за другой. Чем это закончится, я пока не представлял, но догадывался – чемто очень нехорошим. Столп силы, который можно было сравнить, наверное, с титанической друзой ледяных игл, стиснутых плотнее некуда, пронизывал выпятившуюся плоскость Мониля. Пространство так натянулось, что сквозь него уже можно было рассмотреть очертания энергетической конструкции того мира, с которым он оказался связан. И, наверное, удалось бы рассмотреть условно верхний мир, тоже опасно сблизившийся с
