Даже если твой мир сливается с чужой вселенной, где в ходу магия, если становится ее частью — тоже как-то можно приспособиться к обстоятельствам. А еще лучше — попытаться что-то выгадать в свою пользу, стать могущественным или хотя бы просто сильным магом.
Авторы: Коваль Ярослав
в прежнем положении, потому как то время уже давно осталось в прошлом.
– Ну как ты предполагаешь выходить из положения? – смутно прозвучал откудато незнакомый голос. Сперва я не особенното обращал на него внимания, потому что говорящий явно обращался не ко мне. Да и вообще – какое мне дело до чужих разговоров?
– Действовать, как задумано. Всё же решили и обсудили! Да и, кроме того, сейчас не время экспериментировать. У нас ведь не будет с ним другого шанса.
– Но если он умрёт просто и без затей, айн же явно освободится, и любой сможет воспользоваться артефактом. Так зачем рисковать?
– Ой ли? Кто знает? Вот если бы мы передавали столь ценный предмет на консервацию – конечно, лишняя возня ни к чему. А что, если беллий уже основательно связан с айн и может часть её утянуть за собой? Любой нюанс может оказаться важным. Последний раз с подобным артефактом работали слишком давно, ни очевидцев не осталось, ни записей. Да, собственно, дело даже не в возможных потерях. Помнишь, кто он? – Я насторожился и наконец начал внимательно вслушиваться. – Он же беллий. С этой, как её, с Терры. Он способен контролировать демоницу. Вот это его умение, а вернее, свойство нам неплохо бы у него перехватить. Ты же помнишь – такой ритуал особенной подготовки не требует. Всё пройдёт быстро.
– Ято помню. Ритуал требует, чтоб объект пребывал в сознании.
– Степень этого сознания не определена. Достаточно дать ещё одну инъекцию, и когда он постепенно начнёт выходить из наркоза, начать ритуал. Как раз получится то, что нужно.
– Уже ведь определили того, кто будет носить айн?
– Так давно! Ещё тогда.
– Он?
– Он. Ему сообщили, он уже едет.
– И Преторий считает, что на его сознание могут лечь новоприобретённые способности беллия?
– Посмотрим. Попытатьсято надо. Демоница будет злющая после таких приключений, возьмётся за новый объект с особенным пылом.
– За мастера не такто просто взяться.
…Я ведь давно уже успел покинуть демонический мир, вот в чём дело! Покинуть вполне благополучно. И с тех пор уже многое успело произойти. Если бы я ещё помнил, что именно! Если б только вспомнить… Впрочем, и без детальных воспоминаний явно и очевидно, что прямо сейчас происходят какието очень важные события. И надо в них срочно разбираться. Если хочется жить.
А житьто хочется!
– Что происходит? Отвечай!
– Успокойся, – пробормотала айн. – Расслабься. Подожди немного.
– Не заговаривай мне зубы. Где моя магия?
– Что сделается твоим личным способностям? Твоя магия всегда при тебе. Что с ней будет? Всё нормально, я же говорю.
– Хватит болтовни! Где твоя магия?
– Моя магия тоже на месте, будь уверен.
– Дураком меня считаешь? Где она, я спрашиваю?!
– Ну зачем тебе сейчас моя магия? Что ты будешь с нею делать? Отдыхай.
– Тилька, не дури! – Раз процесс пошёл, его уже нельзя было остановить. Я начал постепенно вспоминать. – Меня не дури. Магию предоставила мне в пользование, на счёт раз! Живо!
– Слушай, ну только подумай – зачем она тебе сейчас, ну правда! Тебе разве сейчас от неё чтото нужно? Я ведь могу и сама решить все проблемы. У тебя и сил нет…
– Ты, дурное нечто! Я ведь не дискутирую с тобой, дорогая! Делай, что я сказал! Это приказ, ёкарный бабай.
Она вдруг зашипела, как змея, которой наступили на хвост. И магия, как кровь по жилам, пошла циркулировать во мне, изгоняя болезненную вялость, да и остатки сковывающей меня пустоты заодно. По всему получалось, что магический вакуум вокруг моей особы был создан именно демоницей.
Что, чёрт побери, происходитто?!
– Защиту вокруг меня. – Я принялся командовать холодно и безапелляционно. – От физических проникновений и отдельно от непрямых магических атак. Готовь защиту от атакующих заклинаний… Выполняй то, что я говорю, свинья такая! Я что, должен каждое распоряжение оформлять письменным приказом?
– Почему ты так со мной разговариваешь? – возмутилась она. Совсем как среднестатистическая моя соотечественница.
– А как ещё с тобой разговаривать? Не заставляй меня повторять. – Я осторожно приподнялся на том жёстком и при этом абсолютно ровном ложе, на котором лежал. Спустил ноги с края. – Доброе утро.
Те двое, что непринуждённо болтали рядом с возвышением, где меня оставили, рывком развернулись. Я не спускал с них взгляда, а потому лишь краем сознания оценил, что зала, видимо, большая, парадная, потому что уж больно нарядная, хорошо освещённая, и в дальнем углу копошится ктото третий. Удар я нанёс по ближайшей парочке, удар не продуманный, потому что второпях, но такой мощный, что под потолком отозвались звоном хрустальные плафоны.
Двух явно этого не ожидавших гильдейцев
