Даже если твой мир сливается с чужой вселенной, где в ходу магия, если становится ее частью — тоже как-то можно приспособиться к обстоятельствам. А еще лучше — попытаться что-то выгадать в свою пользу, стать могущественным или хотя бы просто сильным магом.
Авторы: Коваль Ярослав
до тебя свою.
Мониль
Пробираться сквозь засеку было так же тягостно и опасно, как когдато – по демоническим землям. Любой опрометчивый, непродуманный шаг мог повлечь за собой цепь катастрофических последствий. Поди не шатнись, когда напорешься на чтонибудь острое, а такой рывок может привести в действие какуюнибудь ловушку или заставить зашуметь целую охапку звенящих игрушек. Дозорам может быть достаточно одной моей ошибки.
Поэтому я так и балансировал на острие ножа, полагаясь лишь на удачу и чутьё, пока не добрался до края засеки. Мне повезло – всего лишь оцарапался в нескольких местах и пару раз ушибся, но если бы не частичное преобразование (у него тоже были свои недостатки – уставал я, например, значительно быстрее, и магический фон беспокоил больше; вообще чудо, что меня не заметили), уже был бы весь ободранный до мяса и вряд ли хоть на чтото способен. Ещё счастье, что меня ищут не в засеках, а в подземельях катакомб, а то давно бы уже углядели – здесь же всё просматривается.
Потом пришлось долго ждать в зарослях, пока дозоры минуют край леса, пока всё обсудят и покинут спрятанный в кроне дерева помост – я его видел, долго замечал там движение. А если я рвану сейчас, да по открытому пространству, начинавшемуся сразу за стеной деревьев, они меня заметят сразу. Гильдия разумно вырубила подлесок и очистила луга от разрозненных древесных куп – не подберёшься незаметным к краям засек, но и не выберешься наружу.
Ночью будет намного сложнее, окрестности накроют целой сетью следящих чар – весьма разумный шаг. Магию убирают днём, чтоб она не бросалась в глаза государственным службам, ведь Гильдия здесь обосновалась отнюдь не с ведома Курии и якобы втайне от неё. А может, и в самом деле втайне. Что ж, в таком случае Курии будет интересно узнать про это убежище. Впрочем, если гильдейцы не идиоты – а они явно таковыми не являются, – обнаружив, что меня нигде нет, катакомбы оставят. Наверняка у них имеется запасной аэродром. Ещё и не один!
Сведения про дозоры и сигнализацию айн вытянула из памяти убитого бойца, передала мне, и теперь я точно знал, когда именно на окрестности опускается сеть следящих заклятий. Так что двигаться имело смысл либо на закате, либо на рассвете. Закат мне подходит больше, потому что к рассвету местные уже убедятся – чтото не пахнет мною в подземельях. Может быть, начнут искать снаружи и удвоят внимание дозоров периметра.
Едва стало смеркаться, я вывалился из зарослей и, стараясь поменьше шуметь, заструился в траве, как змея. Конечно, лучше всего было бы вернуться в человеческое обличье, чтобы не фонить магически, но в сумраке белая кожа может быть намного заметнее, чем смуглая демонская шкура. Ради того, чтоб лучше спрятаться, я разделся догола и волок одежду с собой в узелке. И старался не поднимать головы.
Казалось, спину щекочут чужие взгляды. Это была всего лишь иллюзия, порождённая испуганным воображением – ведь позади царила полная тишина. Там давно уже поднялся бы шум, бойцы бы побежали, наверняка врубили бы дополнительное освещение.
Дальше уже дело техники. Чтоб уйти как можно дальше от владений Гильдии, я перешёл на бег и так и пробежал всю ночь, лишь изредка отдыхая. Ничего, здоровому мужчине и не такие трудности по плечу. Всё решаемо, всё можно пережить.
Правда, я остался без денег, но эту проблему, наверное, можно будет решить в любом банке или центре связи. Или в храме. Собственно, в храм я лучше всего сразу и заверну. Там мне намного проще будет доказать, что я – тот самый кейтах, даже если внешне сейчас больше похож на нищего грязного бродягу, пропившего в кабаке всё, вплоть до трусов.
Рассвело поздно – мне казалось, утро никогда не наступит. К счастью, рассвет принёс мне второе, а может, уже и третье дыхание. Но зато беспощадно высветил все недостатки моего внешнего вида. Даже после того, как я вернулся полностью в человеческое обличье и оделся в трофейную одежду, монильцы, встречавшиеся на пути, шарахались от меня. Ну да как можно их осуждать? Мы вон тоже от бомжей шарахаемся.
Выбрав самую добродушную на вид женщину, я вежливо поинтересовался у неё, где тут поблизости храм. Удостоился взгляда презрительножалостливого, но ответ получил. Да, храм есть, и там раздают подаяние. Деньги вряд ли дадут, а вот одежду – могут. А вообще тут неподалёку стройка, где можно получить работу. Я поблагодарил её, пряча улыбку. Вот уж действительно – что ещё она могла обо мне подумать?
Храм был скромный, но настоящий, возведённый из выщербленного камня, такой старый, что можно предположить – он не меньше пары веков уже под солнцем красуется. А может, и больше. За ним явно хорошо
