Даже если твой мир сливается с чужой вселенной, где в ходу магия, если становится ее частью — тоже как-то можно приспособиться к обстоятельствам. А еще лучше — попытаться что-то выгадать в свою пользу, стать могущественным или хотя бы просто сильным магом.
Авторы: Коваль Ярослав
только хочу, чтоб тебе было хорошо со мной, – с лёгким раздражением заявила мне девушка.
– Мне уже хорошо. И забавно, – и, сосредоточившись, я попытался вырваться из обхвата видения.
– Ээй! Стой! Куда?!
– Туда, куда захочу, – усмехнулся я ей в лицо – и проснулся.
Проснулся весь в поту, уставший, словно всю ночь таскал в гору тяжести. Ещё несколько минут лежал, глядя в светлую стену, пытаясь собраться с мыслями.
За свою жизнь я прочитал немало романов, и мог себе представить лишь по ним, что происходит с человеком, оказавшимся под влиянием магического артефакта. Что же мне говорили об айн? Дада, Сашка чтото такое говорил… Про то, что внутри этой штуковины заключён дух какогото демона. Именно! Какогото демона! Чёрт побери!
Я покосился на запястье. Странно, я уже перестал ощущать его присутствие. А он, оказывается, способен был влиять на меня. Чёрт побери, он способен пролезть в моё сознание, так чего же больше?! Я попытался прислушаться к себе и понять, чувствую ли чтонибудь особенное. Но бог его знает, как чувствуют себя люди, чьё сознание подчинено чужому. Пока я делаю лишь то, что считаю нужным, но от меня ли идут эти желания?
Можно гадать до скончания времён, но что мне остаётся. Проще поверить в то, что я увидел во сне, и ободрить себя. Если бы существо, заключённое в артефакте, целиком подчинило меня своей воле, я не сказал бы ему нет. Добравшись до ванной, я умылся холодной водой и с любопытством посмотрел на себя в зеркало. Как можно понять, волен ли ты в своих поступках, или уже раб, но не замечаешь этого?
И, позавтракав, решил, что бояться поздно. Если тварь захватила меня, то паниковать бессмысленно, я всё равно буду брыкаться, насколько это возможно, и учиться. Что ещё мне остаётся? Когда чашка опустела, я придвинул к себе нетбук и открыл учебник.
И както позабыл о том, что сперва для осторожности думал снять браслет хоть на время…
– Ты неласков ко мне, – упрекнула девушка, стоило мне заснуть.
Теперь вокруг меня тянулся какойто весьма унылый пейзаж, небо хмурилось, каменистая пустошь по одну руку вздымалась скалами и валунами по другую. Дымка затягивала просторы, так что я, собственно, ничего особенного и не видел там, но ощущение опасности нахлынуло почти в тот же самый момент, как я услышал голос. Возможно, поэтому я и насторожился особо.
На этот раз она выглядела привлекательнее, на мой вкус – не такая ослепительнокрасивая, как давеча, и потому менее хищная. Но я уже не склонен был ей верить. Если она сумела подчинить меня, да так, что я этого даже и не заметил, то уж по крайней мере сознательно я не собираюсь ей уступать.
– А что, должен бы?
– Я ведь красивая женщина, как ты можешь так со мной обходиться?
– Сомневаюсь, что ты женщина. Ты ведь демон, не так ли?
Короткое молчание и исказившиеся в негодовании губы. Сейчас она была очень похожа на человека, но это не подкупило меня.
– Неужели ты думаешь, что демоны размножаются почкованием? В среде демонов есть мужчины и женщины, точно так же, как у людей.
– Значит, ты признаёшь, что ты демоница?
– То, что демоница, несомненно, признаю. Но разве это важно? Человек с демоницей очень даже может приятно провести время.
– Так, отодвинься от меня, детка, а то придётся охладить твой пыл хорошей пощёчиной.
– Как может мужчина бить женщину?
– Увы тебе, я не рыцарь.
Она ошеломлённо замолчала, и я, довольный тем, что слегка порушил шаблон, повёл наступление:
– Ты каждую ночь собираешься меня сюда таскать?
– А тебе здесь не нравится? Так иди сюда, и я сделаю так, что тебе здесь сразу станет хорошо. Ведь у тебя сейчас нет постоянной наложницы.
– Тактак, заодно и за моей жизнью шпионишь?
Она снисходительно и вместе с тем завлекательно улыбнулась.
– Мне всё видно и без шпионажа. Если у тебя сейчас нет женщины, утоляющей твой аппетит, то зачем себя сдерживать здесь?
– Слушай, не делай роковой ошибки, видя в мужчине просто скота, у которого нет ничего, кроме инстинктов.
– Чего?
– Ты обозвала инстинкт аппетитом. Я вступлю в отношения с женщиной только тогда, когда сам этого захочу.
Она скользнула ко мне и обняла так ловко и быстро, что я не успел отступить.
– А разве ты не хочешь сейчас? Посмотри на меня, посмотри…
– Это уже проходит по разряду «ощупай»… – Я попытался отстраниться, но сейчас немыслимо было сделать это и не поставить себя в неловкое положение, поэтому пришлось призвать на помощь всю свою выдержку. – Но ты меня не привлекаешь, – и, сказав это, был вынужден признать, что лгу. Привлекала она меня, и даже очень. В какието моменты желание становилось невыносимым. Заодно я понял, что она это тоже прекрасно осознаёт. Здесь нельзя
