Даже если твой мир сливается с чужой вселенной, где в ходу магия, если становится ее частью — тоже как-то можно приспособиться к обстоятельствам. А еще лучше — попытаться что-то выгадать в свою пользу, стать могущественным или хотя бы просто сильным магом.
Авторы: Коваль Ярослав
мне в первый раз, что это действительно крылья, невидимые даже на магическом плане, а лишь на энергетическом. И появились они у меня потому, что она вынуждена делиться со мной возможностями, которые у неё имелись в бытность свободным, не лишённым тела и мощи существом.
Даже паря над здешними землями, я едва ли мог поверить, что действительно нахожусь в демоническом мире. Все те представления, в рамках которых формировалось моё представление о вселенной, не могли мне сейчас помочь, а лишь мешали. Например, то, что здесь облачно, почти не бывает солнца, дождей, и растения можно признать таковыми лишь с очень большой натяжкой, ещё худобедно воспринималось сознанием. А вот на мысли о том, что в здешних краях живут отнюдь не люди – воображение уже буксовало.
Прошло два года с тех пор, как привычные космогонические представления стали трещать по швам и ломаться, но необычное и непонятное оставалось в сознании моих соотечественников маловероятным и сомнительным по самому факту своего существования. Здесь я от них нисколько не отличался. И, спускаясь со скалы в долину, машинально обдумывал такой план действий: найти посёлок, расспросить о местных традициях и вообще обо всём, добраться до города, устроиться, заняться изучением возможностей артефакта.
Лишь последней мыслью возникло благоразумное сомнение, что мой план вообще осуществим в здешних условиях. Спросить об этом я мог разве что айн, однако будет ли она откровенна? Станет ли во всех подробностях удовлетворять моё любопытство? Очень вряд ли.
Я постарался приземлиться мягко, но ступни всётаки вышибли облачка пыли. Нормально ходить здесь можно было, либо воздерживаясь от дыхания, либо по скалистым местам, либо по дороге. Да, дороги здесь тоже имелись. Такое впечатление, что их проделала какаято ящероподобная тварь своим объёмистым брюхом – эдакая глубокая жёлобообразная колея. Интересно, какой у них тут транспорт? Следов колёс я не увидел.
– Ты знаешь эти места? Только «да» или «нет».
– Знаю, – сердито ответила айн. – Тебето что от меня нужно? Карту?
– Например. Населённые пункты, обиталища местных шишек, да и знание языка не помешает.
– Всё разом и в доступной форме? Это тебе надо помедитировать, иначе как я смогу сообщить нужную информацию в готовом виде? А медитировать здесь опасно. В ходе медитации ты беззащитен.
– Заботишься?
– О себе, конечно. Кто тут бывает? Разная мелкота. Неразумная. Както неохота к ним в руки попадать.
– Очень интересно. Так, а какой областью в прежние времена правила ты?
– Зачем тебе это знать?
– Хочешь честный ответ? Собираюсь направиться ко двору того из местных шишек, к которому ты не захочешь попасть в руки. К твоему прежнему врагу. – Я усмехнулся. Быть откровенным мне доставляло удовольствие, в том числе и потому, что знал – откровенность мне ничем не грозит. На прямой вопрос она не может, не ответить.
Айн зашипела, неприятно и пронзительно. Впрочем, я и раньше не подозревал в ней друга, знал, что дай ей волю и возможность – она живо со мной расправится. Так что ни к чему пытаться вести себя корректно. Смысла в этом ни малейшего.
Привыкать быть жёстким оказалось трудной задачей – вся предшествующая жизнь учила меня стараться не причинять окружающим боли. Но, общаясь с айн и воспринимая многое из того, что она не рассказывала мне прямо, я прозревал: иного пути у меня нет. Всётаки я теперь в демоническом мире, един с местной уроженкой.
Шагая по пустоши, я пытался прислушиваться к окружающему меня миру, но это оказалось не так просто. Чтото угнетало слух и зрение, словно постоянно звучащий гул и то и дело смазывающееся изображение. Это действовал насыщенный магический фон, невольная спутница просветила меня, и с ним предстояло както сживаться. Проблему зрения я решил просто – не так уж сложно оказалось ввести себя в состояние, когда физическое видение дополнялось магическим, довольно специфическим, «формулу» которого я ни за что не составил бы без помощи демоницы.
А вот со слухом получалось хуже.
– Сделай то же самое, что уже сделал со зрением, – неохотно ответила айн на мой прямой вопрос.
– Как именно? Ведь восприятие информации об окружающем мире происходит отличным от зрения образом.
– И что? Делай.
– Если б всё было так просто, я бы тебя не спрашивал.
– Если у тебя всё так сложно, то не слышь вообще. Между прочим, вполне нормальный вариант.
– Шутишь так?
– Нет, не шучу. Если собираешься жить здесь, в демоническом мире, учись подругому воспринимать мир. И учись сам. Тем, чем могла, я тебе помогла. Если б ты пустил меня в свою душу, я могла бы…
– Опять старые песни? Смени пластинку.
Раздражённое и высокомерное фырканье
