Даже если твой мир сливается с чужой вселенной, где в ходу магия, если становится ее частью — тоже как-то можно приспособиться к обстоятельствам. А еще лучше — попытаться что-то выгадать в свою пользу, стать могущественным или хотя бы просто сильным магом.
Авторы: Коваль Ярослав
надо было успокоиться. Потом разобраться, где и чем тут кормят, где можно будет помыться, уладить прочие мелкие, но такие важные обыденные дела. Странно, мне думалось, что ученику местного повелителя должен полагаться слуга. Так где же он?
– И зачем, можешь мне объяснить, тебе понадобился слуга? – язвительно поинтересовалась айн. – Что, уже соскучился в одиночестве?
– Ты всётаки здесь! Хорошо.
– Так что – соскучился? – она была насмешлива и кокетлива одновременно. Истинно поженски, и её игривый тон мигом разрядил обстановку.
Я вздохнул с облегчением, словно половину проблемы сбросил с плеч, хоть это и было не так.
– Вроде того.
– Настоять на прислуге, конечно, можешь, но тогда при тебе день и ночь будет торчать враждебное существо. Дада, слуга сможет и облегчить властителю задачу. Любая мелочь важна, даже твои привычки и невинные слабости.
– Советуешь не допускать до себя местный персонал?
– Ну почему ж не допускать. Допускать. Позволять себе еду приносить или свежую одежду, или покрывала и прочую мелочь. Но заводить личного слугу из числа местных демонов я бы тебе не советовала. Ему проще будет при случае поднести тебе напиток, ослабляющий волю. Это я как пример говорю. Хотя, может быть, ты и с ним справишься. От меня же добился того, чего хотел.
– А я добился?
– Вот забавно, тебя послушать, так можно запросто сделать вывод, что у меня ещё есть шанс натянуть тебя по полной программе. А в действительности…
– Может, это мой тонкий расчёт.
– Такого ощущения не возникает.
– Просто ты не умеешь ощущать. И слава богу.
Мне пришло в голову, что если чрезмерно раздразнить айн, она от бешенства может выкинуть чтонибудь опасное. Чтонибудь безрассудное. Сейчас как никогда мне нужен был её совет, её поддержка, её спокойствие и уверенность. Я догадывался, что едва ли дождусь всего этого, но хорошие отношения с невольной спутницей были мне сейчас необходимы почти так же, как вера в удачу.
Но и дать ей это понять я боялся. Мало ли какие выводы она сделает из моей привязанности к ней.
Юркий крохотный демонёнок ростом едва мне по пояс приволок большой поднос с мисками, наполненными чемто съедобным. Демоническая кухня, которую я уже оценивал и с которой смирился, меня больше не пугала. В конце концов, если понастоящему хочется есть, тут не до привередливости. Вылавливая куски мяса из подливы, я сумрачно думал, что если мне повезёт, эта еда станет для меня единственным источником чревоугоднического наслаждения на долгоедолгое время.
– Ты уже веришь в это? – промурлыкала айн.
– Остаётся только верить. Иначе тогда надо идти и выкидываться со стены.
– Разумная мысль. Намного лучше сигануть со стены, когда всё пойдёт не так. Если основательно размозжишься, использовать в дальнейшем при обрядах будет нечего.
– Как ты умеешь ободрить…
– В мои обязанности не входит гладить тебя по головке и рассказывать сладкие сказочки. Впрочем, если ты отдашь такой приказ, мне придётся… Так что – прикажешь?
– Язва ты лукавая, – усмехнулся я, на этот раз совершенно не испытывая к ней раздражения. – Говоришь мне гадости, оправдывая это поведение якобы искренностью и откровенностью. Женщины частенько так поступают.
Я заставил её обрести некое подобие телесности, схватил за руку и притянул к себе. Наверное, я ненавидел её, презирал, испытывал раздражение – и всётаки меня к ней влекло. Почему, трудно было сказать. С наслаждением прижимал её к себе, не встречая сопротивления, наоборот – ощущал, как страстно она сама желает этой близости. И, если уж так, то был ли смысл отказываться от удовольствия? Мне казалось, что воображаемое её тело обладает и нежным ароматом, смешавшим в себе упоительный запах здорового женского тела с тонкой цветочной ноткой, и упругостью, а кожа так шелковиста, что от одного прикосновения напрочь сносит крышу. У её губ был вкус лимонной мяты, и это мне почемуто особенно нравилось.
В глубине сознания я догадывался, что сейчас получаю то, что желаю получить, и айн обретает тот образ, который я сам для неё неосознанно создал. Но какая разница, если наслаждение оказалось на расстоянии протянутой руки, и нужно было лишь взять его?
Потом мы лежали рядом, как тогда, в Гейдельберге, и я рассеянно гладил её бедро, то плотное и крепкое, то податливое, почти эфирное. И снова ждал, что вот пройдёт ещё мгновение… и ещё… и меня снова поднимет на ноги насущная необходимость, заставит нестись кудато, чегото добиваться, бороться за свою жизнь…
Но ничего не происходило.
– Ну так что? Каким будет наш план? – осведомился я у айн.
– Наш? Ты о своём плане оторвать всё, что только можно, и ничем за это не расплатиться?
– Изящно
