Даже если твой мир сливается с чужой вселенной, где в ходу магия, если становится ее частью — тоже как-то можно приспособиться к обстоятельствам. А еще лучше — попытаться что-то выгадать в свою пользу, стать могущественным или хотя бы просто сильным магом.
Авторы: Коваль Ярослав
там, где светлее – там и поверхность этого явно водного массива. Любопытно…
Извиваясь, как морской житель в какихнибудь фэнтезюшных фильмах, я продвигался вперёд довольнотаки бойко. А может, мне лишь казалось так. Через несколько минут, а может, и секунд (восприятие времени отсутствовало напрочь, хотя обычно я на него не жаловался никогда) впереди выросли мутные, словно расплывшиеся на плохо обработанной самопальной фотокарточке, очертания колонн и арок.
Всё это выглядело захватывающе и жутковато, как остатки Атлантиды в глубинах ЗападноЕвропейской котловины. Я торопился поскорее оказаться рядом с постройками, подстёгиваемый самым обычным человеческим любопытством и исследовательским зудом, свойственным почти каждому моему соотечественнику. И на какоето время даже забыл о том, что нахожусь не на дне настоящего океана, похоронившего в толще вод величайшие загадки былых цивилизаций, а в пространстве чужого сознания, настроенного ко мне крайне враждебно.
А забывать об этом, конечно, не следовало.
Колонны приближались не так стремительно, как хотелось бы, и в какойто момент чувство близящейся опасности буквально на рефлексе развернуло меня, встряхнуло и заставило осознать, что происходит вокруг и какова моя основная задача.
Тварь, кинувшаяся на меня из ниоткуда, размерами не поражала, но юркостью зато обставляла меня по полной. Рефлекс был прост – отмахнуться рукой. Рука на человеческую походила мало, но я отметил этот факт с большим запозданием. Не до того было. Едва отлетев от мощной демоноподобной длани, существо рвануло обратно, аккурат к моему горлу. Часть магических приёмов вспомнилась сама, часть логически потянулась за вспомнившимися.
В завязавшемся плотном узле поединка моё собственное сознание почти ничего не успело отложить в память. Рефлекс на рефлексе, всё за счёт наработанных навыков. Разделав тварь на части, я развернулся, готовясь отражать следующую атаку. Интересно, а что, наше общение в ментальном мире может иметь только и исключительно вид погони или драки?
Откудато извне пришло понимание, что не только, отнюдь не только, но сознанию намного проще воспринимать подобные формы взаимодействия, особенно если речь идёт о противостоянии. «Айн, – мелькнуло у меня. Что ж, больше мне не от кого ждать подсказки. – Любопытно…»
Твари появлялись то по одной, то группками, словно материализовывались в серозелёной пустоте. Бежать от них – бесполезно. Отбиваться можно до бесконечности. Что тут вообще можно сделать? Уворачиваясь и изворачиваясь, я едва успевал обновить в сознании формулы простеньких заклинаний, да сообразить, как тут развернуться и с какой стороны тварюшку по физии хлопнуть, чтоб отлетела подальше.
В какойто момент часть сознания словно уснула, перестала воспринимать информацию извне. Однако при этом я точно, как машина, продолжал отбиваться, и даже критически оценивал свои действия. И свою внезапно возникшую возможность тратить внимание на чтото ещё, помимо драки, заметил и оценил. Короткое усилие, и умозрительное пространство сложилось, как альбом, прихлопнув меня по ушам гулом и визгом существ, которые тоже пропали.
Я плыл в зеленоватой бездне, пустой, словно обездоленной ленью божества, не озаботившегося после разделения света и тьмы совершить ещё хоть какоенибудь действие. Передо мной развернула крылья тёмная демоническая тень, в которой я сперва на инерции увидел Сатану, но быстро сообразил, что Светозарным, слава богу, пока не пахнет. Просто это мой учитель пришёл разбираться с учеником, какого фига он тут делает.
И что от меня требуется? Меситься с ним порыцарски? Убегать от него? Корчить рожи? Внимать магической мудрости, повторяя «Да, учитель» строго через каждые двадцать секунд монолога?
Откудато пришло понимание, что я идиот, причём без шансов на исправление ситуации, и что мне сейчас вообщето нужно смотреть учителю в глаза, и в этом будет заключаться внешний образ нашего поединка. Ну, кто ещё мог подать мне информацию о происходящем, а заодно и обо мне самом? Айн, конечно. Я попытался последовать её совету, однако взгляд демона, повисшего передо мной в упругой мгле, был настолько силён, что даже серию пощёчин наотмашь было бы проще выдержать, чем это. Взгляд буквально полоснул меня по глазам.
Я едва ли обдумывал, что именно можно сделать в этой ситуации. Всё получилось само собой, как и раньше. Может, жаждущая относительной свободы нашего с нею симбиоза, демоница всётаки сцапала меня за руку и повела сквозь лабиринт – не знаю.
Меня накрыло чёрной волной, в которой даже ненависти не было – одно только отторжение. Как никогда я ощущал себя инородным телом в пространстве, где всё, абсолютно
