Даже если твой мир сливается с чужой вселенной, где в ходу магия, если становится ее частью — тоже как-то можно приспособиться к обстоятельствам. А еще лучше — попытаться что-то выгадать в свою пользу, стать могущественным или хотя бы просто сильным магом.
Авторы: Коваль Ярослав
кислоты тираннозавр с крыльями защищён. Имеет ли он вообще защиту от того, чем атакует сам? Вполне возможно.
Однако кислота, с шипением омывшая тело дракона, удовольствия ему явно не доставила. Он встрепенулся в воздухе, как уже отчаявшаяся рыбёшка, вдруг ощутившая себя в знакомой стихии, яростно извернулся и пошёл вниз – не камнем, а целенаправленно, словно в облаках надеялся смыть с себя остатки серной кислоты.
Обрадовался я рано – животное скоро вернулось, ещё более раздражённое, и я напрягся в поисках ещё какогонибудь нестандартного решения. Чем я ещё не пытался его атаковать? Льдом? Но как это воплотить в образе, как это должно выглядеть? Пока не представишь себе всё в красках, магическую систему не составишь, надо же хоть на чтото опереться. А времени на раздумья не оставалось, ощетиненная злобой и лапами махина мчала на меня, едва подрагивая перепончатыми крыльями – «Боинг» позавидует скорости.
– Вправо бери! – гаркнул я в надежде, что меня всётаки услышат. И мимоходом пожалел пилотов: это ж не такое простое дело – разворачивать пассажирский лайнер. Чай, не боевой истребитель.
Кажется, услышали, потому что моё собственное тело потянуло в сторону, и очень своевременно – дракон промазал, осознав это, в полёте попытался извернуться и вцепиться когтями в крыло самолёта. Когти его лязгнули об воздух, вышибив густой сноп искр. Это заклинание стоило мне немалых усилий, и сформировалось столь успешно, наверное, лишь благодаря отчаянию. Зато теперь, когда вихрь жгучих ледяных искр ожёг металлическое брюхо, и червякпереросток завертелся в воздухе, изнемогая то ли от боли, то ли от злобы, я с облегчением перехватил дыхание.
Хоть чтото да получилось. Правда, если уж откровенно, я и сам не мог бы сейчас повторить, чем ещё, кроме жгучего льда и опять же кислоты, успел нашпиговать сляпанную по наитию магическую структуру. Но уже ясно было, что если чем и гвоздить эту пакость, то именно кислотой в сочетании с чемнибудь ещё, лучше льдом. И раз уж сейчас у меня в голове одна за другой всплывают химические формулы, будем этим пользоваться. В конце концов, с металлическим панцирем динозавроподобной твари можно надёжно бороться только двумя способами – либо прошивать её металлом же, либо прожигать кислотой.
Надо только найти ту кислоту, от которой она не защищена.
– Влево теперь! И вверх!
– Насколько вверх?
– Ну, блин… Ну, чтоб от дракона… Метров на стодвести!
– Понял!
Я жёстким усилием заставил себя отвлечься от того, что происходило у меня за спиной на самом деле, и снова устремился мыслями и сознанием в бледносинюю бездну, звенящую, как кристалл, гудящую ветром, будто колокол. Извивающееся длинное тело дракона заложило красивый отчаянный вираж – чувствовалось, что впервые за всё время он увидел в стальной конструкции, набитой людьми, опасного противника, а не просто жертву, с которой можно поиграть и над которой можно блистательно одержать верх, провозглашая себя владыкой неба.
Бешенство клокотало в налитых кровью глазах – почемуто мне были особенно хорошо видны его глаза, даже с такого расстояния. Вообще странным было это зрение, которым наделили меня вместе артефакт и техномагическое приспособление для передачи заклинательных структур за пределы борта самолёта. У меня не было сейчас ни времени, ни возможностей входить в пристальные размышления о том, что откуда берётся. Получается – и слава богу, может, хоть жив останусь.
Я вышвырнул в пространство ещё один образ, упорядоченный магией, и тот обернулся потоком зеленоватой жидкости, которая начала дымиться ещё до того, как угодила прямо в морду животному. Я понимал, что теперь надо бить, не дожидаясь, пока дракон соберётся с силами и ответит, и только в скорости, непредсказуемости и разнообразии атак – залог успеха. Но важно было и маневрировать правильно. Фиг его знает, чем закончится столкновение самолёта с остатками моего же собственного заклинания. Сейчас не время устраивать проверки и эксперименты. Нужно действовать наверняка.
Мне только и оставалось, что время от времени вопить: «Направо!», «Налево!», «Выше!» и уповать на то, что меня слышат и что смогут выполнить требуемое.
В какойто момент я осознал также и то, что если дракон подлетает к самолёту спереди, пилоты могут его видеть, а значит, могут и сами предпринять какието усилия к тому, чтоб избегнуть столкновения. Правда, изначально рассчитывать на их зоркость не стоило. Лучше лишний раз рявкнуть.
Крылатая тварь явно пыталась определить, из какой части самолёта в неё летят заклинания, потому что принялась кружить рядом, с осторожностью заходя то с одной стороны, то с другой. Здесь в первый раз меня постигла неудача – казалось, я вполне
