«Почему-то считается, что постапокалиптика должна быть мрачной, депрессивной. Пока живы люди, они будут смеяться над собой и над окружающей действительностью, пусть даже действительности этой приходит конец», — так считают составитель и авторы, пожалуй, самого забавного сборника современной российской фантастики. Олег Дивов, Андрей Левицкий, Виктор Ночкин, Александр Шакилов, Шимун Врочек и многие другие — такой постапокалиптики вы еще не читали! Готовьтесь! Будет страшно… смешно!
Авторы: Дивов Олег Игоревич, Левицкий Андрей Юрьевич, Антонов Сергей Валентинович, Калинкина Анна Владимировна, Шторм Вячеслав, Шакилов Александр, Жаков Лев Захарович, Глумов Виктор, Цормудян Сурен Сейранович panzer5, Врочек Шимун, Романецкий Николай Михайлович, Исьемини Виктор, Буторин Андрей Русланович, Игорь Вардунас, Васильева Светлана, Гребенщиков Андрей Анатольевич, Магазинников Иван Владимирович, Трубников Александр
ликовал. Тотчас объявили пир на весь мир в честь меня. Вот, это мне уже нравится. А то эти два придурка начали изрядно действовать на нервы. Гнать таких надо! Ничего, подвину их со временем.
После пира меня, слегка захмелевшего, отвели в покои — просторную комнату с огромным окном, за которым мигали огромные, не по-московски яркие звезды. Я разделся и нагишом упал на постель. Белье было чистым, перины — мягкими, обстановка — роскошной. Я наслаждался жизнью, представляя себя правителем во главе этого нехитрого мира, смотрел на портрет Принцессы — огромный, во всю стену — и грезил о ней. Она ведь красавица! Действительно — цветок, лилия или лотос: снежно-белые волосы, лицо скрыто вуалью, но и под ней видны изящные черты, подвеска украшает изящную шею и спускается на грудь. Тонкую талию перехватывает атласный пояс. Она стоит вполоборота и смотрит, манит, манит…
Во сне меня ей представили, а потом она куда-то исчезла, я искал ее, но она все время исчезала. Скверный, тревожный сон!
А потом меня разбудили. Я разлепил веки и увидел не Ее лицо, а одутловатого серокожего мужика.
— Вставайте, барин. Извольте сауну принять, Ее Святость ждет!
Сердце трепыхнулось — ждет!!! Вот так чудо! Просто какая-то магия! Неужели я влюбился в человека, которого никогда не видел? А что — обстановка вполне располагает, да и по местным меркам я для нее самая подходящая партия.
«Принять сауну» оказалось искупаться в тазу. Одутловатый молчал и тер спину, а потом протянул золоченый жилет и белые брюки. Удивительно, но они пришлись впору. В отполированном бронзовом щите я увидел свое отражение и присвистнул: настоящий барон. Да какой барон — истинный лорд!
К сожалению, вместе с ненавистной цивилизацией загнулась и корпорация «Gillette», и пришлось воспользоваться приспособлением, похожим на опасную бритву. С непривычки я порезался и вверил себя заботам одутловатого.
И вот я, свежий и выбритый, можно сказать, благоухающий, шагнул в зал, на этот раз хорошо освещенный. Зал взорвался овациями, и я, в сопровождении двух стражников в красных кафтанах, прошествовал сквозь человеческое море, которое расступалось передо мной, как перед Моисеем. Кровь пульсировала в висках, заглушая крики радости.
Скоро!
Сейчас!
Я замер перед двустворчатыми дверями, стражник, что справа, отпер их огромным ключом, заскрипели петли.
— О-о-о, м-о-о-о, — доносилось с улицы.
Все это — для меня! Всегда знал, что лучше быть на вершине такого мира, чем составляющей протоплазмы нашего. Я, конечно, не протоплазма, но незаметен на общем фоне серости и интеллектуальной убогости.
Потянуло сыростью и тленом. Совсем дом запустили, нужно будет заняться этим вопросом в ближайшее время! А то дело ли — в покоях принцессы, и такой запах!
Ну да, еще бы — и тут мрачно. Я шагнул к высокому трону, где угадывалась фигурка в белом. Да она, на самом деле, хрупка. Цветок. Лилия.
Еще шаг, поклониться… Блин, как тут правильно кланяться-то? Согнусь пополам… пола касаться не буду. А пылищи-то! Куда слуги смотрят?!
Ближе, ближе. Теперь следует стать на одно колено и поцеловать ее руку. Но как, когда трон — на некоем подобие пьедестала. Значит, склоню голову. Вот так. Наверное, смотрится галантно.
Выждав время, я набрался смелости и посмотрел на принцессу.
Она неподвижно сидела в кресле, закатив глаза так, что на меня уставились слепые бельма. Спутанные волосы свисали вдоль впалых, сероватых щек. Губы потрескались.
Крылья тонкого носа шевельнулись, и принцесса повернула голову в мою сторону. Руки, лежавшие на подлокотниках трона, напряглись, и звякнули цепи, которыми сковали Принцессу.
Обнажив неровные, почерневшие зубы, Принцесса улыбнулась.
Я непочтительно вскочил и попятился к двери. Нащупал ручку за спиной, нажал — заперто. Еще раз нажал — заперто! Ничего. Она же привязана. Я развернулся и принялся колотить в дверь:
— Выпустите! Выпустите меня!
Молчание было мне ответом. Сзади снова звякнули цепи, похолодев, я посмотрел назад. Вытянув руки (обрывки цепей звенели, свисая с запястий), шаркая ногами, раскачиваясь на ходу, последняя из древнего рода, лучшая из лучших, спасительница мира, единственная защитница интеллекта брела ко мне.
— Выпустите! Выпустите! Помогите! Уроды! Люди! Пожалуйста! — я вопил, и голос мой срывался на недостойный скулеж.
Я больше не оборачивался, чтобы не видеть это. Сейчас дверь распахнется и тупые уроды подхватят теряющего силы меня, отгонят чудовище, сейчас…
— Не кипеши, умник! — крикнули в ответ из коридора. — Ты лучше молись. И гордись! Ты всем пригодился!
На плечи мои, повторяя
