«Почему-то считается, что постапокалиптика должна быть мрачной, депрессивной. Пока живы люди, они будут смеяться над собой и над окружающей действительностью, пусть даже действительности этой приходит конец», — так считают составитель и авторы, пожалуй, самого забавного сборника современной российской фантастики. Олег Дивов, Андрей Левицкий, Виктор Ночкин, Александр Шакилов, Шимун Врочек и многие другие — такой постапокалиптики вы еще не читали! Готовьтесь! Будет страшно… смешно!
Авторы: Дивов Олег Игоревич, Левицкий Андрей Юрьевич, Антонов Сергей Валентинович, Калинкина Анна Владимировна, Шторм Вячеслав, Шакилов Александр, Жаков Лев Захарович, Глумов Виктор, Цормудян Сурен Сейранович panzer5, Врочек Шимун, Романецкий Николай Михайлович, Исьемини Виктор, Буторин Андрей Русланович, Игорь Вардунас, Васильева Светлана, Гребенщиков Андрей Анатольевич, Магазинников Иван Владимирович, Трубников Александр
За стеной снова что-то стукнуло, я расслышал неторопливые шаги, кто-то зевнул в коридоре — шумно так, словно предупреждал о своем приближении. Потом закашлялся, словно говорил: а вот и я! Шаги приближались. Я сложил артефакты — и теплый дрожащий ком в моих руках ожил. «Путанка» словно вывернулась наизнанку, образующие ее нити, до сих пор казавшиеся слипшимися намертво, разделились, перестав составлять общую массу, и лохматой бородой опутали «мозг», проникая в каналы, которыми был пронизан второй артефакт.
Кивнув, я полоснул ножом по ладони и сжал сборку окровавленной рукой. Меня качнуло, комната; заваленная хламом, поблекла. И еще — я вдруг исчез. То есть не в каком-то там философском смысле, да и не в физическом тоже — никуда я, конечно, не делся, просто больше не видел даже собственную руку. Видел грязный пол, мешковину, на которой должны были стоять мои залепленные грязью ботинки, но меня не было, я стал невидимым.
Вот такое оно, действие сборки из «путанки» и «мозга кровососа». Я об этом давно знал, только Заточке не сказал.
Может, и правду утверждал Кирза: арт под названием «мозг кровососа» имеет какое-то отношение к мутанту? Ведь те умеют исчезать… Любопытно будет на досуге разобраться, но сейчас не до того. Шаги в коридоре приблизились и стихли у входа. Похоже, я каким-то образом привлек внимание Пригоршни — он остановился совсем рядом, за стеной.
Присев за ящиками, я вытащил «Макаров». В дверном проеме возник здоровенный парень с автоматом наперевес и тут же дал очередь. Пули зацокали по стенам, высекая искры и кусочки бетона. Я выстрелил в ответ, но поздно — Пригоршня уже скрылся. Тогда я, не теряя времени, бросился к выходу и, пригнувшись, нырнул в проем. Пригоршня пятился, и мое появление смог засечь, лишь когда я выстрелил снова. Не попал. Он метнулся в соседний отсек, а я воспользовался этим для отступления к входу в ангар.
Тени отца Гамлета, конечно, уже заинтересовались, кто это там шумит. Когда я вывалился наружу, то увидел устремленные в мою сторону стволы. А вот меня парни не видели. Зато Пригоршня знал, что я убегаю, и из глубины ангара пустил очередь вслед — и снова слишком высоко. Обернувшись, я разрядил остаток магазина, но не в него, а в ящики посреди прохода. Бросился дальше.
Сперва показалось, что в ящики не попал, но когда отмахал с десяток шагов от ангара, за спиной громыхнуло так, что всякие сомнения в собственной меткости исчезли. Так сказать, верь в себя, и Зона тебе улыбнется. Или отдастся, это уж кому что нравится.
В спину толкнуло теплой воздушной волной. Я бежал, как шестиногий заяц-мутант. Навстречу спешили сталкеры, несколько человек показались из соседних строений, я несся между ними, стараясь никого не задеть. Назад глянул только когда был у ворот. Арендованный Пригоршней барак до сих пор рушился — бетонные пролеты в центральной части сложились внутрь, соседние секции все еще валились, вздымая тучи пыли, а над всем этим вставал роскошный угольно-черный дымный столб.
Часовые в воротах пялились на разрушения. Невидимый, я миновал их без помех. Тот, что раньше сидел на опрокинутой створке, теперь уже стоял, задрав голову — почему-то его больше всего заинтересовала верхушка дымного столба, которая сворачивалась наподобие здоровенной шапки гриба. Он задумчиво обратился к приятелю:
— А знаешь, почему псевдогигантов нельзя кормить горохом?..
По дороге, где поджидал Заточка с приятелями, я, конечно, не пошел. Они очень скоро узнают о перестрелке с последующим разрушением, о таких событиях любят трепаться, слухи пойдут сами собой… так что меня, без сомнений, спишут со счетов. Да и Пригоршню, которого завалило обломками. Ну а к бару Ушлого можно пройти и другой дорогой.
Не знаю, сколько держится невидимость, созданная сборкой, но рисковать не стал. Мало ли что, вдруг еще щупальца на морде расти начнут? Отлепил артефакты от ладони, когда отмахал с километр от Коровников, потом расположился в укромном местечке, перебинтовал ладонь и сбрил бороду. Отпускал ее с месяц, но не жалко. Хотя борода лучше, чем щупальца.
К Ушлому я заявился поздно ночью, когда в баре уже никого не было, даже самые отпетые любители культурного отдыха разбрелись. Хозяин куковал за стойкой, а перед ним, спиной ко мне, сидел единственный полуночник. Когда я вошел, Ушлый смерил меня взглядом и буркнул:
— Принес?
Я кивнул. Хозяин больше ничего не сказал и, протопав через зал, с грохотом захлопнул дверь. Лязгнул засов. Я взгромоздился на поставленный торцом ящик рядом с парнем, положившим на стойку локти. Перед ним была бутылка водки, три стакана и блюдце с тремя маринованными грибами — опята, очень я их в таком виде
