«Почему-то считается, что постапокалиптика должна быть мрачной, депрессивной. Пока живы люди, они будут смеяться над собой и над окружающей действительностью, пусть даже действительности этой приходит конец», — так считают составитель и авторы, пожалуй, самого забавного сборника современной российской фантастики. Олег Дивов, Андрей Левицкий, Виктор Ночкин, Александр Шакилов, Шимун Врочек и многие другие — такой постапокалиптики вы еще не читали! Готовьтесь! Будет страшно… смешно!
Авторы: Дивов Олег Игоревич, Левицкий Андрей Юрьевич, Антонов Сергей Валентинович, Калинкина Анна Владимировна, Шторм Вячеслав, Шакилов Александр, Жаков Лев Захарович, Глумов Виктор, Цормудян Сурен Сейранович panzer5, Врочек Шимун, Романецкий Николай Михайлович, Исьемини Виктор, Буторин Андрей Русланович, Игорь Вардунас, Васильева Светлана, Гребенщиков Андрей Анатольевич, Магазинников Иван Владимирович, Трубников Александр
Кирза.
— Мы же вместе ходили? — допытывался Стопка.
— Ага, лет пять небось, а то и больше того.
— Это ведь тебя мне заказали?
— А мне тебя, ага.
— Так, парни, — опять вмешался Курильщик, — я повторю для тех, кто еще пока не вылез из танка: стрельба в баре запрещена.
Стопка провел ладонью по груди, нащупал ремешок «калаша», потянул и перетащил автомат со спины на живот.
— Из этого, что ли, пристрелить? — уточнил он.
Кирза кивнул:
— Из него стреляют. У меня вот это, — и показал свой «калаш».
Полное лицо Курильщика наливалось нездоровой краснотой.
— Мужики, я че, непонятно изъясняюсь? Ваши проблемы решайте…
— Убить тебя? — гнул свою линию Стопка, не глядя на хозяина заведения. — Молодого, зеленого, глупого?
— А мне аж на руке, чтоб уж точно увидел: убить Стопку. Старшого то есть, тебя, — и показал напарнику ладонь.
Курильщик вытащил пистолет и наставил на сталкеров.
— Так, танкисты! Я вызываю охрану. Если вы немедленно не уберетесь стрелять друг друга снаружи! Вы поняли, идиоты?! Вон, оба! Быстро!
Стопка наконец посмотрел на Курильщика, и глаза его были полны невыразимой грусти.
— Вот она, судьба-то… Опять обманула, падла.
— А теперь еще и подохнуть придется, — вздохнул Кирза. — Хотя… Эй, Курильщик, дай-ка стопку.
Курильщик свободной рукой неуверенно вытащил стаканчик, поставил на стойку.
— И перед смертью от водки не откажешься? — недовольно спросил он.
Стопка улыбнулся:
— А че, малой, у тебя башка-то варит! А ну сымай сапог!
Кирза стянул один, протянул напарнику. Курильщик сморщил нос и даже слегка попятился.
Стопка достал нож. Кирза поднял стопку. Сталкеры посмотрели друг на друга, кивнули:
— Давай!
Старший вонзил лезвие в сапог и раскромсал голенище. Курильщик не успел остановить младшего — тот с размаху хряснул стакан об пол. По пустому бару разлетелись стеклянные брызги.
— Э, вы что творите?! Ну, тупые!
— Вот так вот ей, судьбе этой! — Стопка отбросил и сапог, и нож. — Она нас обманула, а мы ее!
Кирза вторым сапогом наступил на осколки, с хрустом раздавил и показал им сверху неприличный жест:
— На тебе! Надули мы тебя!
Напряженно смотрящий на сталкеров Курильщик моргнул раз, потом другой. Рука с пистолетом невольно опустилась.
— И все?
— А хули ей еще?! Ну, теперь наливай! — велел Стопка.
Лицо Курильщика вдруг просветлело, он ухмыльнулся, засунул пистолет обратно и достал из-под прилавка полную бутылку водки.
— Повеселили, мужики! — ставя на стойку два стакана, заметил он. — Раз так, за счет заведения! — Он подумал, достал третий стакан и разлил. Стопка вздохнул:
— Ну, за судьбу!
Трое в пустом баре переглянулись, подняли стопки.
— И за нас! — добавил Кирза.
Вот не поверите, но, едва увидев перед собой этого стояка, я сразу просек, что у него муравьи в башке копошатся.
Хотя, как можно однозначно оценивать клиента, если он — всего лишь третий в твоей жизни?.. Особенно и сравнивать-то не с кем… Даже не по поведению, по внешности хотя бы…
Ну да ладно, как говорит Патлатый: «Нас не догонишь, мы — ходоки!»
Между тем стояк варежку открыл.
Ничего, впрочем, необычного:
Здрасьте-здрасьте, вас ведь Бурундуком зовут…
Ну да, Бурундуком нас зовут, привет-привет.
И сам продолжаю его изучать. Но уже засомневался.
Откуда у него муравьи в башке? С чего я взял?
Стояк как стояк. Мужик лет сорока. Прикид на нем нарисован закенный, но такие всегда одеты не по-нашему…
И вдруг просекаю: глазки у него какие-то блудоватые. Словно он изначально подсчитывает, что с меня можно поиметь…
Как будто неведомо ему! Как будто это не он искал возможность со мной встретиться, простатит ему в печенку, а исключительно я — с ним!
Ну да, мне оно, конечно, тоже надо, но деньги-то платит он.
Ладно, глазки глазками, а дело — делом!
— Есть работа, Бурундук… Не могли бы вы притащить мне кое-какую мелочь?..
— Конечно, могли бы! Коли уж этим зарабатываем на хлеб наш насущный… Только не «притащить», а «добыть»!
— Вот и хорошо, — говорит. — Добыть — так добыть… Только у меня к вам, Бурундук, просьба не совсем обычная.
А сам на тряпки мои зыркает.
Не нравятся они ему — сразу ясно.
Костюмчик-то на мне сейчас строго рабочий. Тряпьё-грязьё-обноски. Натуральные, конечно, из тех, что подобные вот ему стояки носят. Но мы-то рабочий костюмчик на свалке подбираем, когда такой
