«Почему-то считается, что постапокалиптика должна быть мрачной, депрессивной. Пока живы люди, они будут смеяться над собой и над окружающей действительностью, пусть даже действительности этой приходит конец», — так считают составитель и авторы, пожалуй, самого забавного сборника современной российской фантастики. Олег Дивов, Андрей Левицкий, Виктор Ночкин, Александр Шакилов, Шимун Врочек и многие другие — такой постапокалиптики вы еще не читали! Готовьтесь! Будет страшно… смешно!
Авторы: Дивов Олег Игоревич, Левицкий Андрей Юрьевич, Антонов Сергей Валентинович, Калинкина Анна Владимировна, Шторм Вячеслав, Шакилов Александр, Жаков Лев Захарович, Глумов Виктор, Цормудян Сурен Сейранович panzer5, Врочек Шимун, Романецкий Николай Михайлович, Исьемини Виктор, Буторин Андрей Русланович, Игорь Вардунас, Васильева Светлана, Гребенщиков Андрей Анатольевич, Магазинников Иван Владимирович, Трубников Александр
они собирались прилететь снова. Гарен знал — если пройти дальше, там, возле одного из зданий, будут их летательные аппараты. Наверное, они в нужный момент не могли взлететь или сломались, вот их и бросили здесь. А если обернуться и поглядеть назад, в небо вонзался шпиль башни, самой высокой из всех зданий, которые здесь видел Гарен. Тоже, наверное, для ориентира построена, а может, чтоб улавливать энергию. Или для того, чтобы боги издалека могли следить за тем, что здесь творится. Может, когда-нибудь соплеменники Гарена сумеют понять назначение всех этих странных предметов, хотя лететь они все равно никуда не собираются. Здесь тоже можно жить — вот только разобраться бы с бледными упырями.
Прямо перед ним находилось большое, правильной формы, овальное углубление, в котором во время сильных дождей скапливалась вода. Вокруг стояли безмолвные фигуры, желтые и блестящие, наверное, изображавшие богинь. В середине виднелась странная штуковина, ни на что толком не похожая. А дальше, за разбросанными тут и там редкими строениями, за брошенными летательными аппаратами, расстилались зеленые джунгли. Сейчас с той стороны приближались охотники — несли собранные съедобные растения. Наверное, удалось им собрать и жирных, серых, блестящих слизней — его любимое лакомство. Гарену очень хотелось пойти им навстречу, но пора было возвращаться в подвал — он боялся надолго оставлять Мину поблизости от упыря, хоть тот и в клетке. Они ведь жуть какие хитрые.
Гарен спустился в подвал. Все было в порядке. Упырь проснулся, но пока вел себя тихо.
Майор Иванов с отвращением глядел на миску, где копошились жирные слизни. Как это можно есть? Уж лучше сдохнуть, чем попробовать такое. Жуткая образина глядела на него из-за прутьев клетки.
— Цыц, — сказал майор Иванов. Почесался. Он уже который день не мылся и не брился, щетина отросла и кололась. Пропотевшую одежду тоже не было возможности сменить. Хорошо этим мутантам — могут вообще без одежды обходиться.
У майора во фляге еще оставалось немного браги — он старался растянуть, чтоб хватило подольше. Глоток с утра, глоток вечером. Хорошо хоть не отобрали. Даже думать не хотелось, что будет, когда брага кончится. При одном взгляде на жирных слизней в миске его тошнило. Удастся ли ему когда-нибудь вернуться к своим, в метро? Он сильно в этом сомневался.
Майор отхлебнул из фляги. Жуткая образина внимательно смотрела.
— Чего уставился? — спросил майор Иванов. — Знай наших. Красные умирают, но не сдаются.
Образина по-прежнему маячила за прутьями.
— Ну за каким чертом я вам сдался? — с тоской поинтересовался майор Иванов. — Секреты какие-нибудь оборонные выпытать хотите? Так не знаю я никаких секретов. Да и не понимаете вы по-нашему.
Будь проклят тот день, когда он с другими добровольцами отправился на ВДНХ — спасать метро от нависшей угрозы. И метро не спас, и сам в переплет вляпался. Теперь сидит тут в вонючей клетке, в окружении этих уродов. Ничего не понимают, и поговорить с ними не о чем. Зачем он им нужен? Убили бы сразу. Все равно уморят они его тут как пить дать.
Хотя иногда у него было странное ощущение. Словно невидимые щупальца касаются его мозга — бережно, осторожно. Но от этого наваливалась тоска. И вряд ли тому причиной были эти полудикие существа, хотя они и догадались запереть его здесь. Майор думал, что дикари, скорее всего, предназначили его в пищу и берегут на черный день.
Брага обожгла пищевод, теплом растеклась в пустом желудке. Тоска, подумал майор Иванов. Спеть, что ли? Помирать, так с музыкой. Он стал вспоминать что-нибудь героическое, но на героическое не тянуло — настроение было не то. Лирики захотелось. И майор затянул, сначала тихонько, потом все громче, первое, что пришло в голову. Песню, которую не раз слышал от Кати:
Жуткая образина исчезла из вида.
— Что это? — с тревогой спросила Мина, когда Гарен подошел.
— Бледный упырь воет. Они всегда так жутко воют, слушать невозможно. И от еды отказываются. Не выйдет с ним ничего.
Гарен посмотрел на Мину. Черная, лоснящаяся кожа, такой не будет вреда ни от жгучих солнечных лучей, ни от мороза. На поверхности будет жить их племя. Они невосприимчивы к боли, они способны налаживать контакт с хищниками на поверхности. Они с кем угодно могут установить телепатическую связь кроме этих непонятных подземных жителей. Но бледные упыри скоро сами истребят друг друга в своих подземельях. При ближайшем рассмотрении представители этого
