«Почему-то считается, что постапокалиптика должна быть мрачной, депрессивной. Пока живы люди, они будут смеяться над собой и над окружающей действительностью, пусть даже действительности этой приходит конец», — так считают составитель и авторы, пожалуй, самого забавного сборника современной российской фантастики. Олег Дивов, Андрей Левицкий, Виктор Ночкин, Александр Шакилов, Шимун Врочек и многие другие — такой постапокалиптики вы еще не читали! Готовьтесь! Будет страшно… смешно!
Авторы: Дивов Олег Игоревич, Левицкий Андрей Юрьевич, Антонов Сергей Валентинович, Калинкина Анна Владимировна, Шторм Вячеслав, Шакилов Александр, Жаков Лев Захарович, Глумов Виктор, Цормудян Сурен Сейранович panzer5, Врочек Шимун, Романецкий Николай Михайлович, Исьемини Виктор, Буторин Андрей Русланович, Игорь Вардунас, Васильева Светлана, Гребенщиков Андрей Анатольевич, Магазинников Иван Владимирович, Трубников Александр
вдруг издал астроном аль-Битруджи:
— Клянусь сандалиями Пророка! О, великий султан, этот черный язычник не колдун, а ученый. Он только что изобразил картину мироздания, которую я, тридцать лет изучая математику и астрономию, опираясь на труды самых выдающихся умов, едва-едва нащупал и начал описывать в своем новом трактате. Подари мне его, о светлейший, да продлит Аллах годы твоей драгоценной жизни!
— Пусть он сперва расскажет, откуда ему известен этот франк и что они вдвоем замышляли, — проявил упорство начальник стражи.
— Допрашивай! — махнул рукой Саладин. — Только где-нибудь в другом месте. Сейчас я желаю угостить за своим столом уважаемого эмира… Устам аль-Битруджи может, если у него есть желание, присутствовать на допросе.
В этот же день светлейший султан, приняв берберского эмира Фесу, изволил насладиться двумя наложницами, выслушать жалобу жителей деревни Зария, которую разграбили джигиты из Хамы, и самолично допросить по просьбе устама аль-Битруджи двух странных пленников. Помимо прочего те утверждали, что они посланы из огромной страны, лежащей по ту сторону Эфиопского моря в тысяче фарсахов к западу от берегов Магриба. Выслушав пленников и переговорив с андалузским астрономом и начальником стражи Даудом, светлейший приказал вызвать к себе находящегося при лагере мастера Александрийской верфи. На вопрос, в силах ли тот построить корабль, способный плыть три месяца, не имея связи с берегом, тот сказал: александрийские корабли способны двигаться в открытом море и давно уже по кратчайшему пути достигают берегов Индии. Главной трудностью такого плавания является не надежность самого судна, а невозможность пополнять запасы скоропортящейся пресной воды.
«Настоящим спешу сообщить Вашему святейшеству о том, что, возвратившись в Каир и покончив с самыми неотложными делами, Саладин приказал отправить в город Рабат, что лежит на берегу Эфиопского моря, пять двухмачтовых багалл, не боящихся шторма, каждая из которых могла взять на борт пятьсот человек. Из Рабата флот, приняв на борт огромное количество разнообразных припасов, отправился на Запад, в сторону открытого моря. Доверенный человек из числа приближенных к Саладину утверждает, что адмиралу Балаху Ма-Алла, чье прозвище переводится как „Голубь, несущий в себе Аллаха“ или Коломбо Христофоро, султан лично приказал отыскать неведомую землю, о существовании которой ему известно доподлинно…».
Гортанные крики матросов перекликались с воплями выпрашивающих угощение чаек. Двое, эфиоп и франк, в дорогих одеждах важных сановников стояли на кормовой надстройке и разглядывали тающие вдали серые кубики, окруженные со всех сторон песчаными дюнами.
— Опять стонешь, Лаки? — фыркнул бывший морпех, а ныне визирь дивана. — Что у тебя не так? Ты — ученик главного математика. Я — глава мамелюков, личной гвардии султана Дауда. Мы плывем в Америку во главе огромного флота, на борту которого все трахнутое племя этого бербера Фесы. Шесть, твою мать, тысяч арабов, которые прижмут к ногтю индейцев и выйдут к Тихому океану за какие-то шесть-семь лет. Если ты до сих пор считаешь нас предателями, то пора бы и успокоиться. Миссия выполнена, Саладина я прикончил своей собственной саблей — и это был не дворцовый переворот, а отлично подготовленная антитеррористическая операция! Ну а в том, что это случилось в иное время и в ином месте, не наша с тобой вина. Кстати, как там поживает твой почтенный учитель?
— Устам не хотел меня отпускать до того времени, когда в Каире запустят наконец счетную машину, — всхлипывая, отвечал приятелю Лаки. — Но воля султана была тверда — я должен отправиться вместе с первыми колонистами.
— А уж как мне было тяжко, приятель, — вздохнул Френк. — Даудик рыдал, отправляя меня за море. Да и я, положа руку на сердце, изрядно привязался к этой лохматой заднице. И если бы не его обещание сделать меня султаном нового континента, я бы никогда
