«Почему-то считается, что постапокалиптика должна быть мрачной, депрессивной. Пока живы люди, они будут смеяться над собой и над окружающей действительностью, пусть даже действительности этой приходит конец», — так считают составитель и авторы, пожалуй, самого забавного сборника современной российской фантастики. Олег Дивов, Андрей Левицкий, Виктор Ночкин, Александр Шакилов, Шимун Врочек и многие другие — такой постапокалиптики вы еще не читали! Готовьтесь! Будет страшно… смешно!
Авторы: Дивов Олег Игоревич, Левицкий Андрей Юрьевич, Антонов Сергей Валентинович, Калинкина Анна Владимировна, Шторм Вячеслав, Шакилов Александр, Жаков Лев Захарович, Глумов Виктор, Цормудян Сурен Сейранович panzer5, Врочек Шимун, Романецкий Николай Михайлович, Исьемини Виктор, Буторин Андрей Русланович, Игорь Вардунас, Васильева Светлана, Гребенщиков Андрей Анатольевич, Магазинников Иван Владимирович, Трубников Александр
пыль, — пролепетал Остис.
— К тому же сегодня может случиться гроза, небо хмурится, — добавил шериф.
— Ничего, ничего, сегодня — самое подходящее время! Отправьте приглашение Зрящему и известите горожан. Как только расставят лампы и зеркала, можете открывать зал для зрителей.
Бутс шагал за парнем в очках. Тот семенил впереди, то и дело озираясь — как там хламовник, идет ли? А Бутс шагал себе вразвалочку; откинул полу плаща, вытянул плитку жевательного табака, отломил кусок и кинул за щеку. Стал жевать, поминутно сплевывая. Свернул за угол вслед за провожатым, потом снова — и так, покуда очкарик не привел его в глухой закоулок. Домишки теснились друг к другу, подпирали соседей облупленными стенами. Окон здесь не было — сплошь сараи и заборы.
Этот тупик местные использовали как свалку, так что справа и слева громоздились бочонки с продавленными обручами, покореженные ящики, груды золы и гнилая кожура. Ну и воняло здесь соответственно. Тут только очкарик остановился.
— Здесь, что ли, наставления тебе давать? — благодушно осведомился Бутс. — Ну и местечко ты, паренек, выбрал.
Из-за груд отходов вышли четверо сектантов, помахивая дубинками. Очкарик навел на Бутса неуклюжий пистолет и сказал:
— Оружие не хватай, не то стрельну! Тихонько пойдешь с нами и тогда не пострадаешь.
За спиной толстого хламовника послышалось сиплое дыхание. Тот, не оборачиваясь, ткнул назад локтем, угодив под дых парню, который подкрадывался сзади. Сектант ахнул и сложился пополам. Взметнулись полы белого плаща, Бутс ловко нырнул под руку противнику, мигом оказался у того за спиной и выдернул из ослабшей руки дубинку. Очкарик растерялся — стрелять он не мог: Бутс заслонялся хрипящим сектантом, да и не хотелось стрелять — велено все сделать без шума… Пока сектант раздумывал, хламовник толкнул пленника к вооруженному очкарику, два сектанта столкнулись и свалились в грязь, а Бутс бросился на остальных, размахивая трофейной дубинкой…
Как раз в это время Гектор оглядел преображенный зал и удовлетворенно кивнул:
— Впускайте зрителей.
— А ваш друг, мистер Бутс? — на всякий случай уточнил Глипсон.
— Он появится, когда закончит работу. Ну а если что, мы отыщем его по плевкам. Он жует табак и сплевывает через три шага, так мы с ним уговорились. Табачные плевки хорошо заметны.
— Как скажете, — кивнул шериф. — Я велю своим парням быть наготове. Вдруг сторонники Зрящего захотят устроить потасовку?
— Мы позаботимся о том, чтобы они ничего такого не захотели. Бутс сейчас как раз этим и занимается.
Зрящий получил два сообщения почти что одновременно: сперва — что толстый хламовник пошел с его людьми, и тут же явился помощник шерифа с приглашением на диспут. Пророк победоносно оглядел братьев по вере и объявил, что правое дело торжествует. Теперь не придется удерживать хламовника в плену несколько дней, как предусматривал первоначальный план. Зрящий предполагал, что исчезновение главного оратора заставит оппонентов оттягивать диспут, а он, Зрящий, будет требовать обещанного состязания немедленно… но самонадеянный противник поторопился. Теперь хламовникам уже не отвертеться — сами виноваты, нечего было спешить с вызовом.
Когда он появился на площади, горожане уже собирались к зданию мэрии. Помощники шерифа просили маленько погодить — приготовления уже заканчиваются. Зрящий понял это так: хламовники надеются, что пропавший толстяк вот-вот объявится. Он двинулся через площадь, среди расступающихся людей, изрекая на ходу постулаты своего учения: Конец Времени близок, отриньте суету, бросьте мирские заботы, думайте о предстоящей битве со Злом…
Тут помощник шерифа по имени Питер вышел на крыльцо и громко объявил: можно входить!
Большой зал едва вмещал всех желающих. Люди расселись на скамьях, женщины шуршали широкими юбками, мужчины ворочались на скрипящих под их весом скамьях, оправляя выходные сюртуки — все приоделись по случаю общегородского собрания. Последователи Зрящего держались особняком, они собрались вокруг вожака, а тот сидел ровно, как будто проглотил лопату, и разглядывал наспех сколоченный помост, где предстояло выступить ему и представителю Ордена. Свечи и лампы ярко горели, под потолком клубился дым, а за окнами сгущался сумрак — похоже, в самом деле нынче будет гроза. Кое-где позади особенно ярких светильников Гектор расставил зеркала, и собранный ими свет пересекал зал, как опрокинутые колонны из белого сияния.
Горожане переговаривались, в ожидании начала представления. Со всех сторон сыпались шуточки, сторонники
