«Почему-то считается, что постапокалиптика должна быть мрачной, депрессивной. Пока живы люди, они будут смеяться над собой и над окружающей действительностью, пусть даже действительности этой приходит конец», — так считают составитель и авторы, пожалуй, самого забавного сборника современной российской фантастики. Олег Дивов, Андрей Левицкий, Виктор Ночкин, Александр Шакилов, Шимун Врочек и многие другие — такой постапокалиптики вы еще не читали! Готовьтесь! Будет страшно… смешно!
Авторы: Дивов Олег Игоревич, Левицкий Андрей Юрьевич, Антонов Сергей Валентинович, Калинкина Анна Владимировна, Шторм Вячеслав, Шакилов Александр, Жаков Лев Захарович, Глумов Виктор, Цормудян Сурен Сейранович panzer5, Врочек Шимун, Романецкий Николай Михайлович, Исьемини Виктор, Буторин Андрей Русланович, Игорь Вардунас, Васильева Светлана, Гребенщиков Андрей Анатольевич, Магазинников Иван Владимирович, Трубников Александр
добраться к угленосному слою. Искать среди них тот, которым пользуется маньяк, бессмысленно, все равно не угадаешь. Подумав немного, Гектор заговорил:
— Подведем итоги. Что нам известно?
— По-моему, ровным счетом ничего, — равнодушно ответствовал Бутс.
— Ничего и еще немного сверх того. Мне не дает покоя звук трубы. Зрящий, когда поминал грядущий Конец Времени, упоминал трубы, которые призовут всех на бой.
— Я не удивлюсь, если эти проделки с зомби — его рук дело. Но доказательств у нас нет. И потом, как он с приятелями может охотиться на зомби в шахте? Ему-то дышать надо!
— Мне нужно наведаться в Красный Угол, — решительно заявил блондин. — Если мои догадки подтвердятся, у нас появится зацепка.
— Валяй, ищи зацепку. Я поброжу здесь немного. В шахте дышать нельзя, и если злодей — человек, он должен иметь здесь поблизости логово. Вот и поищу его.
Рыцари церемонно пожали друг другу руки и обменялись пожеланиями удачи.
По пути Гектор обдумывал происходящее в Красном Углу и пришел к выводу, что нужно спешить. В городок он примчался галопом, проскакал, разбрызгивая грязь, по улицам и остановил взмыленного крысюка у мэрии. Там ему попался на глаза один из помощников шерифа.
— Где шеф? Или хотя бы Питер?
— Шеф у себя, ему нездоровится… А Питер занимается предвыборной агитацией.
— Нездоровится? Видимо, после вчерашнего?
— Ничего, мистеру Глипсону не впервой, — заверил помощник шерифа. — Он куда крепче прежнего мэра, оклемается.
— Тогда мне нужно разыскать Питера. Необходим помощник, я не знаю вашего города.
— Так давайте я провожу, — вызвался парень. — Шеф велел помогать вам во всем. Куда желаете?
— В больницу. Я хочу осмотреть пострадавших от эпидемии.
Городская больница располагалась на окраине, идти пришлось минут двадцать. По дороге встретился Питер — заместитель шерифа вышел из лавки, потирая кулак. Гектор заметил, что костяшки пальцев рассажены, а на широком лице Питера подсыхают мелкие капельки крови. Здоровяк сказал, что не может бросить дело, у него еще семь адресов на сегодня.
— Агитация — первое дело перед выборами, — важно объяснил он, — пусть Крес вас сопровождает.
Крес кивнул и повел хламовника дальше. В больнице он представил Гектору доктора Куперта — седенького старичка в пенсне.
— Вчера как раз доставили еще одного пострадавшего, — объяснил врач, — но он не в состоянии говорить. Они приходят в себя на второй-третий день, да и после этого не сразу способны к нормальному общению. Плохо узнают окружающих, не могут припомнить некоторых слов, путаются в падежах… Идемте, я провожу. Сами поглядите.
Больной лежал на койке, укрытый одеялом до подбородка. Глаза были закрыты, бледное лицо спокойно.
— Когда придет в себя, будет вялым, реакции заторможены, общая слабость, зрачки сужены, — пояснил Куперт.
— Как будто душу из него вынули?
— Ну… если выражаться не медицинским языком, то примерно что-то в таком роде я бы и сказал. Хотя никаких видимых повреждений, никаких симптомов…
— Хорошо. Проводите меня к предыдущему. Крес, пригласи сюда мисс Конвергенцию, мне нужно кое-что у нее спросить. Только вежливо, вежливо! Это не имеет отношения к предвыборной агитации.
— Это мы понимаем, — ухмыльнулся Крес. — Такая славная мисс, зачем ее агитировать?
— Мистер Сезански, — представил врач хламовнику другого больного, — этого доставили два дня назад, и он уже начал приходить в чувство.
— Мне паршиво, доктор! — сварливо заявил Сезански, плешивый немолодой мужчина с испитой физиономией. — Дайте виски, и я мигом оклемаюсь. Просил же виски, а вместо этого вы приводите ко мне этого верзилу. Он, конечно, представительный парень, но, в отличие от виски, не может мне помочь!
— Я рыцарь Хлама, — с достоинством заявил Гектор, — и помочь как раз могу. Например, я берусь убедить доктора налить вам на три пальца отборного виски.
— Но мистер Сезански нуждается в…
Гектор украдкой подмигнул доктору:
— Разумеется, разумеется! Нуждается в покое и уходе. Однако я ручаюсь, что виски больному не повредит. А пока вы нальете, я задам ему несколько вопросов.
— Рыцарь Хлама, надо же! — фыркнул Сезански. Он, вероятно, хотел, чтобы его слова звучали язвительно, но говорил вяло, без выражения. — Ладно, вываливайте ваши вопросы. Если они мне не понравятся, я попрошу доктора вытолкать вас взашей, чтобы не выходило мучение тяжело больным людям!
— Итак, мистер Сезански, прежде чем свалиться от хвори, вы сидели, как обычно, в салуне…
— Чтоб мне лопнуть! Именно там я и сидел, как
