У трона каждого легендарного властителя всегда найдется место для чародея. Это повествование о деяниях благородного короля Артура, о великих битвах, великой любви и великом предательстве. О том, что видел своими глазами величайший из магов Британии Мерлин, стоявший у колыбели Артура и приведший его к власти. Книги Мэри Стюарт о волшебнике Мерлине и короле Артуре по праву считаются шедеврами фантастической литературы. Впервые все пять романов знаменитого цикла — в одном томе!
Авторы: Стюарт Мэри
белые волны в бухте. Я посмотрел направо, туда, откуда мы пришли. Но бухта, где ждал нас Кадаль, не была видна — лишь полосы пены белели в темноте.
Дождь перестал, облака стали реже и выше. Ветер немного переменился и поутих. Время шло к рассвету. Меж летящими обрывками туч тут и там проглядывало высокое и черное ночное небо, усеянное звездами.
И внезапно облака разошлись, и меж них, словно корабль по бурному морю, плыла звезда.
Она висела в небе среди россыпи меньших звезд и поначалу тихо мерцала, а потом запульсировала, разрослась и вспыхнула ярким светом всех цветов, какие играют на пляшущих волнах. Я смотрел, как она росла, полыхала и наконец взорвалась светом. Потом ветер укрыл ее тонкой вуалью облаков, и она стала бледной, тусклой и далекой, затерявшись среди других, мелких звезд. А потом снова вышла из-за облаков, набухая и переполняясь светом. И вот уже она стоит среди прочих звезд подобно факелу, рассыпающему шлейф искр. И так продолжалось все время, пока я стоял на укреплениях и смотрел на нее: то она разгоралась, то вновь тускнела и засыпала. Но с каждым новым пробуждением она горела все мягче, под конец она уже не столько полыхала, сколько тихо дышала светом, и к утру звезда висела в небе, мягко лучась, а вокруг нее небо светлело — новый день обещал быть тихим и ясным.
Я перевел дух, вытер пот со лба и выпрямился, оторвавшись от стены. Тело мое застыло, но боль исчезла. Я взглянул на окно Игрейны — свет в нем погас. Любовники спали.
Я медленно вернулся через площадку к двери. Отворив ее, услышал внизу резкий и отчетливый стук в потайную дверь.
Я шагнул на площадку и бесшумно притворил за собой дверь, как раз тогда, когда Феликс вышел из каморки внизу и направился к потайной двери. Он уже взялся за цепочку, когда позади него возник Ральф. В кулаке у него блеснул перевернутый кинжал. Он бесшумно, по-кошачьи, метнулся вперед и ударил рукоятью. Феликс осел на пол. Наверное, человек, стоявший снаружи, что-то расслышал за шумом моря, потому что до меня донесся резкий голос:
— В чем дело? Феликс!
И снова стук в дверь, на этот раз громче.
Я уже был на середине лестницы. Ральф склонился над телом привратника, но, заметив меня, обернулся. Он правильно истолковал мой жест, потому что выпрямился и громко спросил:
— Кто там?
— Паломник.
Голос был мужской, настойчивый и запыхавшийся. Я легко сбежал вниз. На ходу я сорвал с себя плащ и обмотал его вокруг левой руки. Ральф взглянул на меня — вся веселость и дерзость оставили его. Ему даже не было нужды задавать следующий вопрос — мы оба знали ответ.
— А кто совершает паломничество?
Голос мальчика был хриплым.
— Бритаэль. Отворяй, живо!
— Господин мой Бритаэль! Господин… я не могу… мне велели никого не пускать…
Он смотрел на меня. Я наклонился, взял Феликса под мышки и оттащил его в каморку, с глаз долой, стараясь не производить лишнего шума. Я увидел, как Ральф облизнул губы.
— Господин, ты не мог бы подъехать к главным воротам? Герцогиня спит, и мне велели…
— Кто это? — спросил Бритаэль, — Ральф, ты, что ли? Где Феликс?
— В караулке, господин.
— Ну так возьми у него ключ или пришли вниз его самого! — рявкнул Бритаэль и снова ударил кулаком в дверь, — Делай, что тебе говорят, парень, или, клянусь богом, я с тебя шкуру спущу! У меня послание к герцогине, и она не скажет тебе спасибо за то, что ты держишь меня здесь! Ступай, живее!
— Ключ… ключ здесь, господин! Я сейчас!
Он бросил отчаянный взгляд через плечо, делая вид, что возится с замком. Я оставил бесчувственного привратника в каморке и, подойдя к Ральфу, выдохнул ему в ухо:
— Сперва взгляни, один ли он. Если один — впусти.
Он кивнул и отворил дверь на ширину цепочки. Под шумок я вытащил меч и растаял в тени за спиной мальчика, встав так, чтобы отворившаяся дверь скрыла меня от Бритаэля. Я прислонился к стене. Ральф приложил глаз к щели, потом отступил назад, кивнул мне и принялся открывать цепочку.
— Вы уж извините, господин Бритаэль. — Голос его звучал виновато и смущенно, — Мне надо было удостовериться… Что-то стряслось?
— А ты как думал? — Бритаэль распахнул дверь так резко, что она припечатала бы меня к стене, если бы Ральф ее не придержал, — Ладно, ты все сделал правильно.
Он вошел и остановился, возвышаясь над мальчиком.
— Кто-нибудь еще входил сюда сегодня ночью?
— Нет, господин! — Голос Ральфа звучал испуганно — еще бы! — и потому убедительно. — По крайней мере, пока я здесь был; и Феликс тоже ничего не говорил… А что случилось?
Бритаэль заворчал,
