Сага о короле Артуре

хоть и не за что. Ты что, из-за меня из игры вышел? Извини…
— А, ерунда! Я все равно проигрывал. Ладно, я тебя оставлю, только не делай глупостей, хорошо? Не подставляй шею без нужды. Вспомни, что я говорил тебе о вяхирях.
И как раз в этот миг мимо нас с хлопаньем и свистом крыльев, в вихре инея, стрелой пронесся вяхирь. А за ним, чуть выше, готовый ударить мерлин.
Вяхирь чуть изменил направление, огибая склон, чиркнул грудью по земле, как чайка по встающей волне, и метнулся к кустам на краю лощины. Он летел в каком-нибудь футе над землей, и соколу было опасно нападать на него, но хищник, наверно, был голоден, потому что, когда голубь оказался уже у самых кустов, сокол ударил.
Писк, яростный крик сокола, взметнулись сломанные сучки — и все.
Несколько перышек лениво опускались на землю, кружась, как снежинки.
Я бросился вперед и взбежал на склон.
Поймал!
Происшедшее было очевидно: сокол вцепился в голубя, они влетели в кусты и упали на землю. Судя по тишине, оба лежали там, оглушенные падением.
Крутой склон густо зарос почти непроходимым кустарником. Я раздвинул ветки и принялся проламываться через кусты. Светлые перышки указывали мне дорогу. И я нашел то, что искал. Вяхирь лежал мертвый, с распростертыми крыльями, так как он налетел грудью на камни. На радужных перьях шейки ярко алела кровь. Мерлин лежал сверху. Стальные когти глубоко вонзились в спинку голубя, жестокий загнутый клюв тоже наполовину воткнулся в голубя при падении. Мерлин был еще жив. Когда я склонился над ними, он шевельнул крыльями и голубоватое веко опустилось, открыв злобный темный глаз.
У меня за плечом появился запыхавшийся Кердик.
— Не трогай. Он тебе руки порвет. Давай я!
Я выпрямился.
— Вот он, твой вяхирь, Кердик. Пора о нем забыть, не так ли? Не надо, оставь их. Они никуда не денутся до того времени, когда мы вернемся.
— Вернемся? Откуда это?
Я молча указал вперед. Над нами, за кустарником, в том направлении, куда летели птицы, в крутом склоне виднелся квадратный черный проход, похожий на дверь. Он был скрыт от посторонних глаз; найти его мог лишь тот, кто зачем-либо пробрался сквозь чащу сплетенных ветвей.
— Ну и что? — сказал Кердик. — Старая штольня, судя по всему…
— Да. Вот за этим я сюда и приехал. Сделай факел и ступай за мной.
Он было запротестовал, но я перебил его.
— Можешь не ходить, если не хочешь. Только сделай мне факел. И побыстрее, у нас мало времени.
Я полез наверх, к устью штольни, и слышал, как Кердик, все еще ворча, ломает сухие ветки.
У самого входа валялась груда мусора и обрушившихся камней — деревянные подпорки сгнили и проломились. Но дальше обнаружился довольно ровный проход, более или менее горизонтально ведущий в сердце холма. Я мог идти почти прямо; невысокий Кердик только чуть пригибал голову. Пламя сделанного на скорую руку факела отбрасывало впереди нас гротескные тени. В полу виднелись борозды — следы от тяжестей, которые волочили здесь когда-то, на стенах и потолке были отметины от кирки и кайла, которыми вырубали этот проход.
— Куда тебя, к черту, несет? — Голос шедшего позади Кер-дика был напряжен до предела. — Слушай, пошли обратно, а? Тут опасно. Потолок того гляди обвалится.
— Не обвалится. Смотри, чтобы факел не потух, — бросил я на ходу.
Ход свернул направо и пошел вниз. Под землей всегда теряешь чувство направления: там нет даже легкого движения воздуха, которое помогает определять, куда двигаться самой темной ночью, но я догадывался, что мы спускаемся в самое сердце холма, на котором некогда стояла старая королевская башня. Временами от хода ответвлялись меньшие проходы, но заблудиться я не боялся: мы шли главной штольней и скала выглядела вполне прочной. Иногда нам попадались следы небольших обвалов, а один раз путь нам преградила большая осыпь, почти полностью перекрывшая проход, но я все же пролез в оставшуюся щель, а дальше ход был открыт.
Кердик остановился перед грудой камней. Он просунул факел в щель и заглянул в нее.
— Мерлин, слушай, пошли обратно, ради всего святого! Это уже полное безумие. Я тебе говорю, тут опасно! Мы ведь лезем в самую скалу! И одни боги ведают, что там спрятано! Слушай, парень, вылезай обратно!
— Не трусь, Кердик! Ты пролезешь. Иди сюда. Быстрее!
— Не полезу! Если ты сию же минуту не вылезешь обратно, я пойду и расскажу все королю.
— Послушай, — сказал я, — это важно! Не спрашивай почему. Но клянусь тебе, нам ничто не угрожает! А если боишься, давай факел и возвращайся обратно.
— Ты же знаешь, что я не могу этого сделать.
— Знаю. Ты ведь не посмеешь вернуться и все ему рассказать? А если оставишь тут одного, а со