Сага о короле Артуре

На Оркнеях росли лишь чахлая ольха да береза, да колючий кустарник, истрепанный ветром, льнул к земле, укрывшись в неглубоких лощинах. А здесь деревья были повсюду, огромные и раскидистые, и вокруг каждого — свой островок тени, и туг же — целая колония кустов, и папоротников, и ползучих растений. У подножия холмов шумели густые дубравы, выше по склону их сменяли сосны, поднимаясь вплоть до основания самых головокружительных утесов. В каждом распадке между холмами теснились еще деревья: рябины, и остролист, и береза; ущелья, густо поросшие лесом, казались подвешенными на серебристых горных хребтах, точно веревки, что некогда удерживали кровлю отчего дома. Ива и ольха обрамляли каждый ручеек, а вдоль дорог, и на склонах, ограждающих вересковые пустоши, и у каждого дома, у каждого загона для овец, росли еще деревья, и еще, все одетые в красновато-коричневые, золотые и ярко-алые тона осени, оттененные черными проблесками остролиста и темным колером сосен. Вдоль дороги, по которой ехал отряд, спелые орехи падали под ноги из бахромчатых чашечек, а под серебряной осенней паутиной, точно фанаты, поблескивали поздние ежевичины. Гарет возбужденно указал на блестящую слепозмейку, уползающую в заросли, а Мордред приметил ланей, что следили за проезжающими из папоротников на опушке леса, неподвижные и пятнистые, точно дерн под их копытцами.
Раз, когда дорога увела их через высокий перевал, между гребнями холмов открылись голубые горизонты; Мордред придержал коня и уставился во все глаза. Впервые взгляд его устремлялся вдаль — и не видел моря. На мили и мили вокруг единственным источником воды были небольшие каровые озера, мерцающие в висячих долинах, да питающие их ручьи, что светлыми ленточками сбегали вниз по серым скалам. Синие холмы вздымались один за другим, а еще дальше громоздилась гигантская горная цепь с четырехугольной, одетой в белое вершиной. Гора или облако? Все едино. Это большая земля, королевство из королевств, суть снов и грез.
Тут подъехал один из стражников, улыбаясь, окликнул мальчика, и Мордред возвратился к отряду.
Впоследствии первое посешение Регеда вспоминалось ему крайне смутно. Замок был огромен, переполнен, величествен и неспокоен. Мальчиков немедленно сдали с рук на руки сыновьям короля; создавалось неприятное впечатление, что их попросту спровадили с глаз долой, пока улаживается некое несогласие, им толком не разъясненное. Король Урбген, воплощенная учтивость, был рассеян и лаконичен; королева Моргана так и не появилась. Похоже, с недавних пор ее держали взаперти, или, по сути дела, в заточении.
— Здесь замешан меч, — сообщил Гавейн, случайно подслушавший разговор в караульном помешении. — Меч верховного короля. Моргана похитила клинок из Камелота, пока король был в отъезде, а взамен оставила подложный.
— Дело не только в мече, — уточнил Гахерис. — Она завела любовника и отдала меч ему. Но верховный король все равно убил негодяя, а теперь король Урбген хочет развестись с ней.
— Кто тебе сказал? Твой дядя ни за что не позволит ему так обойтись с собственной сестрой, чего бы уж там она ни натворила.
— еще как позволит! Украсть меч — это же предательство. Так что верховный король непременно разрешит Урбгену развод, — горячо доказывал Гахерис. — Что до любовника…
Но тут подоспел Габран с сообщением о том, что принцев требуют в конюшни, и даже Гахерис, особым тактом не отличавшийся, счел за лучшее отложить спор до более удобного времени.
Кое-что — самую малость! — удалось выведать у двоих сыновей Урбгена. То были взрослые мужи, дети короля от первого брака; эти закаленные воины поначалу гордились союзом отца с младшей сестрою Артура, но теперь от души желали избавиться от мачехи и готовы были поддержать ходатайство Урбгена о расторжении брака.
Правда вроде бы заключалась в следующем. Моргана, связанная узами брака с человеком на много лет старше нее, избрала в любовники одного из Артуровых рыцарей, юнца по имени Акколон, отважного, честолюбивого и пылкого. Пока Артур был в отъезде, она убедила своего воздыхателя похитить прославленный меч Калибурн — люди называли его Мечом Британии — и привезти сокровище в Регед, подменив его другим клинком, что втайне отковал один из пособников Морганы где-то на севере.
Чего именно добивалась королева, никто так и не понял до конца. Вряд ли она надеялась, что юный Акколон, даже убрав с дороги Урбгена, сочетавшись браком с Морганой и с Мечом Британии в руках, сможет заменить Артура на троне верховного короля. Скорее всего, она просто воспользовалась любовником ради исполнения собственных честолюбивых замыслов, и то, что она впоследствии наговорила Урбгену, в основных чертах соответствовало