Сага о живых кораблях

бабушка Мендосия этого тоже не знает, однако это не мешает ей занудствовать.
Он поднялся на ноги и стал вытаскивать из корзины «приношения».
— Ну вот… поскольку я безнадежно застрял во Дворце Наслаждений, а Джиневра улетела куда-то на другой конец света расследовать обман в службе Планетарной Поддержки, а папа на собрании, то я и подумал, что нужно просто заявиться сюда, пока ты еще ждешь вылета, и устроить небольшую вечеринку на двоих.
— На каком собрании? — спросила Нансия, прежде чем смогла остановить себя. — Где?
Флике поднял удивленный взгляд от корзины.
— А?
— Ты сказал, что папа был на собрании.
— Ну да, а разве это не все время так? Нет, я не знаю, где именно, это просто логическое предположение. Ты же знаешь, как плотно у него забито дневное расписание. Ты знаешь, я частенько гадал, — продолжал болтать Флике, распаковывая корзинку, — каким образом мы трое появились на свет. Ну по крайней мере были зачаты. Как ты думаешь, может быть, он посылал маме напоминание? «Приходи, пожалуйста, в мой офис сегодня утром. Смогу поработать над тобой с десяти до десяти пятнадцати. Принеси простыни и подушку». — Вынув все из корзины, Фликс извлек с самого дна два тусклых, поцарапанных инфокристалла. — Вот! Я знаю, ты считаешь, что я эгоист и скотина, раз приволок шампанское и фрукты в гости к тому, кто не может ни есть, ни пить, но на самом деле я решил угодить на все вкусы. Это мои последние синткомпозиции — вот, я кладу их в твой считыватель. Это фоновая музыка для вечеринок, и ты во время путешествия сможешь проигрывать ее, чтобы развлечься.
Когда резкие, нестройные звуки последних экспериментальных синткомпозиций Фликса заполнили помещение, он извлек третий инфокристалл и улыбнулся. В отличие от первых двух кристаллов, уже изрядно истертых, этот был совершенно гладким, и промышленная лазерная нарезка на его поверхности отбрасывала радужные блики на стены рубки.
— А это…
— Позволь, я угадаю, — перебила его Нансия. — Ты наконец-то нашел кого-то, кто согласился сделать коммерческую нарезку твоих синткомпозиций.
Улыбка Фликса заметно увяла.
— Ну… нет. Не совсем. Хотя, — добавил он, вновь приободрившись, — я действительно знаю одну девушку, которая знакома с парнем, который когда-то встречался с девчонкой, которая время от времени подрабатывает в офисе второго вице-президента «Саунд-студиоз», так что в недалеком будущем вполне есть такая перспектива. Но это кое-что совсем другое. Это, — почти с благоговением произнес брат, — новая, улучшенная, очень усложненная версия «Разбросанных», до середины следующего месяца она не появится в широком доступе, и я ни за что не скажу тебе, чего мне стоило ее заполучить.
Нансия ждала, когда он скажет, что же это за штука, но Фликс просто стоял, сияя улыбкой, словно ожидая от нее какой-то немедленной реакции на ее слова.
— Ну? — спросил он через несколько секунд. Рыжие «иголки» его гребня по краям начали никнуть.
— Извини, — призналась Нансия, — но я понятия не имею, о чем ты говоришь.
Фликс горестно покачал головой.
— Ты никогда не слышала о «Разбросанных». И чему вас только учат в вашей школе? Нет, не говори мне. — Он протестующе вскинул руку. — Я знаю. Теории расщепления и подпространст-венной астронавигации, и дизайну метачипов, и еще куче вещей, от одного названия которых у меня болит голова. Но я думал, они позволяли вам хоть немного играть в разные игры.
— Мы играли, — ответила Нансия. — Этот пункт был в расписании. Два тридцатиминутных периода свободной игры ежедневно, чтобы улучшать координацию между синапсами и инструментами и развивать умение посылать импульсы. Да я играла в «Ангар» и в «Найди энергию» еще тогда, когда находилась в детской капсуле!
Фликс снова покачал головой.
— Я уверен, эти игры очень способствуют развитию. Ну а эта игра, — он ухмыльнулся, — абсолютно, на сто процентов точно не будет развивать твое мышление. И вообще Джиневра утверждала, что, играя в «Разбросанных», можно необратимо искалечить любые мозги!
— А это действительно так? — Нансия со щелчком закрыла слоты считывателя, когда Фликс направился к устройству. — Понимаешь, Фликс, я не уверена…
— Ну, ты сама вспомни нашу старшую сестрицу, — посоветовал Фликс с самой лучезарной из своих улыбок. — Давай, просто воспроизведи ее изображение, оставшееся с последнего визита. Как ты считаешь, стоит хотя бы попробовать то, что она категорически не одобряет?
Нансия вывела на экран, заполнявший центральную стену рубки, изображение Джиневры в полный рост. Создавалось впечатление, что сестра стоит рядом с Фликсом. Идеально аккуратная, как обычно, от кромки темно-синей форменной юбки до гладких темных