Знаменитая трилогия неоднократного лауреата премий «Хьюго», «Небьюла» и «Еврокон» Энн Маккефри — одна из самых удивительных и романтичных историй в мировой фантастике. Ее героини, Хельва, Нансия и Тия Кейд, волею судьбы превратились в заключенный в капсулу «мозг» космического корабля. На бескрайних просторах Вселенной начинается их новая, полная опасных приключений жизнь. «Сага о живых кораблях» — цикл, который прославил автора не меньше, чем «Драконы Перна», и по праву вошел в золотой фонд фантастики.
Авторы: Болл Маргарет, Мерседес Лаки, Маккефри Энн и Тодд
в жизни никого не был так рад сидеть. Надеюсь, тебе понравится пребывание здесь в течение следующих пяти лет.
— Э… Инспектор ПТП одиннадцатого ранга Хармон? — рискнул предположить Блэйз. «Не считая моего босса».
Крепкий алкогольный выхлоп едва не сбил его с ног.
— Ты видишь здесь кого-нибудь еще, парнишка? Как ты думаешь, кем еще я могу быть?
— Шахта по добыче корикия…
— Сдохла. Не работает. Брошено. Капут, все разбежались, вонючки, — со смаком пояснил инспектор 11-го ранга Хармон. — Прогорело. Прежде чем убраться отсюда, владелец продал мне шахту на случай чего.
— Что же пошло не так?
— Работа. Компания не смогла удержать здесь шахтеров ни любовью, ни деньгами. Не то чтобы они тут предлагали особо много любви — даже шахтеры не настолько дошли до ручки, чтобы заниматься этим с люси, хе-хе-хе! — Еще одна волна насквозь проспиртованного дыхания обдала Блэйза.
— Люси?
— Для тебя — Homosimilis Lucilla Angalii, мальчик мой. Овощеголовые, которых открыла Люсилла Шариф, будь проклята ее душа, и обозначила в ФПК как вероятно разумных, будь она дважды проклята, и за ее грехи мы торчим тут, оказывая Планетарную Техническую Поддержку кучке ходячих баклажанов. И это все, кто составляет мне компанию с тех пор, как закрылась шахта. И все, что ты будешь.видеть в течение следующих пяти лет. Следующим же транспортом ПТП, который прибудет сюда, я улетаю с этой планеты. — Хармон сердито глянул на обтекаемый корпус Икс-Эн-935, блестящий на солнце, который наконец выкарабкался из-за зубчатой скалы. — Вы, детки из Высших Семей, счастливчики — катаетесь на таких корабликах. Не думаю, что ты сможешь уговорить этого капсульника…
— Сомневаюсь, — оборвал его Блэйз.
Хармон фыркнул.
— А чего тут сомневаться? Я ведь видел, как ты выскочил оттуда, крича и оглядываясь, и как следом за тобой вывалились твои шмотки. Это было красиво. Ну, не суть. Следующий рейсовик ПТП может прийти со дня на день. А когда он придет, мое новое назначение уже будет готово. — Он лениво потянулся, сделал хороший глоток из стоящей рядом бутылки и довольно выдохнул. — Полагаю, я заслужил славное длительное путешествие на Центральные Миры, местечко в симпатичном офисном небоскребе с кондиционерами и сервами, без всякой необходимости обращать внимание на гребаную природу, если только не приспичит полюбоваться ею в окошко. Садись, Мадейра-и-Перес, и не надо выглядеть так жалостно. Отсиди тут свои пять лет, и, может, вернешься обратно к цивилизации. Тебе повезло, что ты прилетел тогда, когда прилетел.
— Повезло? — Солнце уже поднялось над скалой, и на столовой горе было жарко. Блэйз поставил в тень навеса ту из своих коробок, что была побольше, и уселся на нее.
— Конечно. Сегодня в зоопарке день кормления. Я покажу тебе настоящее шоу — точнее, люси покажут. — Хармон снова повел рукой, на этот раз словно бы предлагая камням, разбросанным по краям посадочной площадки, приблизиться. Блэйз потрясенно смотрел, как ломкие куски породы отделяются и катятся по плоской вершине столовой горы, дергаясь, словно безумные марионетки, сделанные из камня и проволоки. Странные костюмы… да нет же, эти существа голые; то, что он видит, — это их кожа!
— Эге-гей! Жрать пора! Ого-го! — завывал Хармон, одновременно дергая шнур, протянутый вдоль стены сборного домика. Один из мешков, нависающий над илистым водоемом, открылся, и буровато-серые брикеты рациона посыпались вниз, падая в грязь.
Люси подковыляли к краю площадки и начали сползать в болотистое море, цепляясь пальцами рук и ног за расщелины в камне. Успевшие спуститься первыми набросились на пайки так, словно встретили давно утерянную любовь; слезающие следом плюхались им на головы, беспорядочно размахивая конечностями и извиваясь, чтобы добраться до грязной кучки брикетов.
Блэйз ощутил сквозь подошвы обуви странную вибрацию.
— Смотри! — взревел Хармон.
Блэйз подскочил, и Хармон хихикнул.
— Извини, парень, что напугал тебя. Ты бы, наверное, не захотел пропускать второе крупное шоу на Ангалии. — Он указал куда-то на запад.
Казалось, черта горизонта в той стороне движется.
Это была стена воды. Нет, грязи. Нет… Блэйз пытался подыскать правильное слово и нашел только то, которое пришло ему в голову, когда он впервые увидел это место: жижа.
Люси не обратили никакого внимания на крик Хармона, как будто были глухими, однако что-то — возможно, та же вибрация, которую почувствовал Блэйз, — насторожило тех, кто плавал в болоте. Они принялись карабкаться по склонам столовой горы, держа брикеты в пальцах и в зубах. Последний из люси выбрался наверх лишь за миг до того, как накатывающийся вал жижи ударился о гору.
