Сага о живых кораблях

А ведь Тия еще помнила, каково жить, не обладая ничем, кроме чувств обычного человека. Чего же стоит эта процедура тем, кто находится в капсуле с рождения! Ей живо вспомнился весь страх и беспомощность, которые она переживала тогда, в больнице.
Благодаря Мойре все прошло немного легче. Но если процесс подсоединения был похож на путешествие в ад, лишенный любых чувств, очнуться в корабле было настоящим раем.
Никакие тренировки на учебных тренажерах не могут дать представления о том, каково это на самом деле: стать живым, дышащим кораблем, готовым рвануться к звездам.
Это был момент, который вернул Тии все, чего она когда-то лишилась. Неважно, что теперь ее «кожа» была сверхпрочным сплавом, «ноги» — двигателями, «руки» — роботами, с помощью которых Тия могла обслуживать себя снаружи и внутри. Что ее «легкие» и «сердце» были системами жизнеобеспечения, поддерживающими существование ее мозга. Что все ее органы чувств были лишь сенсорами корабля, подсоединенными к контактам, ведущим в мозговой ствол. Все это было неважно. У нее снова появилось тело! Это было такое блаженство, которого ни один из тех, кто обитал в капсуле с самого рождения, просто бы не понял. Вот Мойра ее понимала… и хорошо, что Тии было с кем поделиться своим восторгом!
И Томас тоже понял ее, как мог понять только давнишний на-парник-«тело». В качестве выпускного подарка от себя Томас пристроил на стену в центральной рубке специальный шкафчик для Теодора Эдуарда.
— А если кто этого не поймет — да пропади он пропадом! — твердо сказал Томас, сажая заново вычищенного Теда в шкафчик и закрывая прозрачную плексигласовую дверцу. — Пилот — всего лишь пилот, а медвежонок — это друг на всю жизнь!
И теперь суровый голубой медвежонок в рубашонке с эмблемой Курьерской службы царил в рубке, точно некий молчаливый наблюдатель. Неизвестно, что подумают о нем пилоты. Ну и фиг с ними: пусть думают, что это какая-то странная голограмма. А кстати: ведь к ней скоро должны прийти кандидаты в «тела»! «Вот и посмотрим, как они отнесутся к Теду».
Тия вернулась к статьям, мимоходом проводя статистический анализ и оставляя перекрестные ссылки на все, что казалось ей любопытным. Кое-какие наблюдения действительно представлялись весьма значимыми. Например, истощенные месторождения определенных минералов вблизи мест обитания эскайцев или удивительное сходство чередования сезонов и периодов обращения планет и планетоидов, на которых они селились. То есть насколько у планет марсианского типа вообще могут быть сезоны. Но периоды обращения, совпадающие с разницей в пределах часа… Интересно. Неужели они настолько зависели от естественного солнечного освещения? Если так подумать — да, расстояние от солнца у всех планет тоже примерно совпадает. И все это звезды солнечного типа…
Тия переключила внимание на последние исследования своих родителей, предоставив информации об эскайцах пока что перевариваться у нее в сознании. Пота с Брэддоном были Шлимана-ми современной археологии, но славу им принесли не эскайцы. После того как Тия заболела, они так и не смогли заставить себя вернуться на место прежних раскопок и вообще к исследованию эскайской культуры — и институтское начальство в кои-то веки повело себя как люди, а не как искусственные интеллекты с компьютерными чипами вместо сердца и пошло им навстречу. Пота с Брэддоном получили новое назначение — на планету с нормальной атмосферой и богатой вулканической деятельностью, большая часть поверхности которой была покрыта океаном, а на тысячах мелких островков обитали разумные существа, ведущие кочевой образ жизни, — короче, полная противоположность эскайским планетам. И именно здесь они совершили свое открытие. Изучив туземные легенды о царе, который впервые решился бросить вызов богам, они повторили знаменитое открытие Шлимана, нашедшего останки легендарной Трои: им удалось обнаружить целый город, погребенный под потоками лавы. И притом идеально сохранившийся. Для этого мира и этого народа то был аналог Атлантиды и Помпей, вместе взятых: жители погребенного города владели технологиями бронзового века, в то время как современные разумные существа все еще использовали орудия из кремня, обсидиана и раковин и обитали в крошечных деревеньках, насчитывавших не более двух сотен жителей. И в то время, как современные туземцы были амфибиями, проводившими большую часть жизни в воде, эти древние существа почти всю свою жизнь проводили на суше…
Открытие принесло Поте и Брэддону вселенскую славу. Работы в городе должно было хватить полусотне археологов на сотню лет. Тахианна сделались главным делом их жизни, и они теперь почти не покидали планету. Они даже устроили себе постоянное