Быть курьером – занятие очень ответственное. Тем более если ты доставляешь антикварный предмет, представляющий огромную ценность для целой расы. Но что, если при этом информацию от тебя скрывают, а сама доставка должна пройти в обстановке строжайшей секретности? Для Анатолия Ратникова, бывшего офицера, преград не существует, и вскоре ему придется узнать, что же это такое – загадочный золотой цверг. Лучше бы он не знал…
Авторы: Проскурин Вадим Геннадьевич
присутствующим, я говорю, что если кто-то думает, что я пришел сюда потому, что братство мне платит, пусть этот кто-то выйдет сюда, и я плюну ему в лицо. Я уже рассказал, каким был мой путь в братство, и я клянусь, что сказал только правду, и разорву в клочки любого, кто скажет, что я лгу! – Рамирес понял, что говорит настолько пафосно, что это становится смешным. Он смутился и добавил: – Извините.
Реакция зала Рамиреса удивила. Кто-то смотрел на него, как на идиота, кто-то воодушевленно вопил что-то возмущенное, кто-то просто смеялся, но многие смотрели на Рамиреса с сочувствием, а кое-кто даже с обожанием. В нескольких местах даже зазвучали аплодисменты.
Молодая смуглокожая девушка поднялась с места и сказала в микрофон:
– Господин Рамирес, скажите, пожалуйста, где записывают в братство?
Этот простой вопрос вызвал в зале настоящую бурю. Кто-то орал “позор!”, кто-то орал “браво!”, кто-то аплодировал, кто-то свистел, короче, кругом творился настоящий бедлам. Рамирес решил, что достиг своей цели.
– Когда профессор Токанава внесет мои координаты в базу данных, вы сможете ко мне обратиться, и мы все обсудим. Спасибо за внимание.
С этими словами Рамирес спустился с трибуны и направился к проректору.
– Замечательная речь, – прокричал Токанава, наклонившись к уху Рамиреса. – Пойдемте в мой кабинет, нам надо многое обсудить. Мне кажется, мы сработаемся.
Когда Рамирес и Токанава выходили из зала, их провожали аплодисментами. Рамирес так и не понял, что это означает – то ли запоздалую признательность по поводу произнесенной речи, то ли выражение благодарности за то, что большой черный клоун наконец-то покинул помещение. Впрочем, какая разница?
Тяжелый деревянный меч просвистел в полусантиметре от левого уха Анатолия. Анатолий нанес колющий удар кинжалом, зажатым в левой руке. Удар пришелся точно в желобок, разделяющий лезвие меча пополам. Фесезл покачнулся, его удар был непоправимо испорчен.
Анатолий не стал наносить ответный удар, процессор уже предупредил, что это бесполезно. И точно, Фесезл высоко подпрыгнул, растопырив в прыжке ноги и просунув между ними закованный в сталь кончик хвоста. Хвост выстрелил вперед, готовый заблокировать атакующее движение Анатолия, но поскольку этого движения не было, получилось, что Фесезл просто щелкнул хвостом.
– Атакуй, – сказал Анатолий, опуская вниз руку с мечом. Фесезл покачал головой, издал неопределенный звук и не двинулся с места.
– Почему ты не бьешь? – спросил он. – Я много бью, ты много был в хорошей удаче, но ты ни разу не бил.
– Пока в этом нет необходимости, – сказал Анатолий. – Я еще не постиг твою технику боя. Пока я не научусь предугадывать твои движения, мне нет смысла атаковать. В поединке с Вожузлом я не хочу рисковать больше, чем необходимо.
– Ты не рискуешь, – заявил Фесезл. – Анатолий, ты лучший воин, что я знал. Ты – великий воин.
– У меня хороший процессор, – возразил Анатолий, – и не более того. Я дерусь гораздо хуже, чем любой другой боец моего класса. Я еще не оправился от раны.
– Я вижу, – кивнул Фесезл. – И это удивительно. Я не худший воин хесев Шесинхылков, но ты дерешься со мной, как я дерусь с шестилетним фохесл. Твоя спина отдыхает, ты не двигаешь туловище. Ты можешь бить Млузозев, и ты его победишь.
– Давай все же потренируемся еще немного, – предложил Анатолий. – Нападай.
Фесезл принял боевую стойку – ноги широко расставлены, левая чуть впереди, хвост приподнят и оттопырен назад, длинная шея тоже отклонена назад, чтобы вывести голову из зоны потенциального поражения. Плавным танцующим шагом Фесезл двинулся к Анатолию, его длиннопалые ступни совершали сложные движения, если смотреть только на ноги Фесезла, можно было подумать, что идет цапля. Анатолий неподвижно стоял в расслабленной позе, уткнув затупленное острие деревянного меча в землю. Пока опасности нет.
Фесезл приблизился на дистанцию дальнего контакта и замер. Прошла минута, противники смотрели друг на друга застывшим взглядом, никто не решался начать атаку. Анатолий решил, что можно попробовать.
Он взмахнул правой рукой, меч описал в воздухе широкую дугу, глаза Фесезла расширились, его взгляд непроизвольно потянулся за кончиком меча, и в этот момент Анатолий прыгнул. Короткий прыжок переместил его тело на полметра вперед-влево, и в тот момент, когда ноги коснулись земли, левая рука молниеносно распрямилась и деревянный кинжал с силой полетел в незащищенный живот спарринг-партнера.
Фесезл изогнулся непостижимым образом, его правая рука совершила молниеносное движение, и тяжелый деревянный меч отбил летящий кинжал, как бейсбольная
