Быть курьером – занятие очень ответственное. Тем более если ты доставляешь антикварный предмет, представляющий огромную ценность для целой расы. Но что, если при этом информацию от тебя скрывают, а сама доставка должна пройти в обстановке строжайшей секретности? Для Анатолия Ратникова, бывшего офицера, преград не существует, и вскоре ему придется узнать, что же это такое – загадочный золотой цверг. Лучше бы он не знал…
Авторы: Проскурин Вадим Геннадьевич
назначение на другую стройку и будешь там гнить в бараках, и так до тех пор, пока планета не превратится в цветущий сад.
– Но это еще хуже, чем на Гефесте!
– Может, и хуже, я на Гефесте не был, не знаю. А ты был?
– Нет, я не был, один мой знакомый там был. Вот бесовщина!
К этому времени Хаттаб и Якадзуно подошли к магазину, в котором Якадзуно купил двухлитровую бутылку кокаколы, и жизнь стала чуть менее ужасна. А потом Якадзуно узнал, что дорога к месту назначения всегда бесплатна, и ему стало почти хорошо. Удивительно, подумал Якадзуно, когда все вокруг рушится, а потом чтонибудь второстепенное вдруг восстанавливается, ты испытываешь почти такое же счастье, как и тогда, когда все хорошо. Человеческая природа воистину удивительна.
3
В гостиной суетились полицейские. Рамирес с Галей сидели на кухне и пили пиво. И Джон, и Галя уже дали показания и теперь ждали, когда полицейские закончат с осмотром места происшествия и покинут дом. Гости давно разошлись.
– Расскажи мне про Ивана, – попросила Галя. – Ты говорил, у него была очень интересная жизнь.
– Да, жизнь у него была интересная, – подтвердил Рамирес. – Только «интересная» не всегда значит «достойная». Иван родился на Земле, в трущобах СанктПетербурга. Иногда он рассказывал мне про свое детство… Грязный загаженный мегаполис, дворы, заваленные дерьмом до крыш, торговцы осшином на каждом углу, каждая третья женщина – проститутка… Мое детство тоже было непростым, но с детством Ивана оно не идет ни в какое сравнение. Иван начал жизнь с самого дна. Ему повезло, что он не стал наркоманом, как большинство сверстников, и еще раз ему повезло, когда школьный учитель открыл в нем талант к электронике и стал учить понастоящему. Этот учитель поставлял молодых специалистов в одну банду. В семнадцать лет Иван стал главным техником этой банды, причем он не только вскрывал электронные замки, но и планировал операции. Еще дватри года – и он бы возглавил банду и прожил бы еще дватри года, главари банд долго не живут. Но в один прекрасный день банду накрыла полиция. Ивану повезло в третий раз – следователь, который его допрашивал, немного разбирался в электронике, он смог оценить талант Ивана. Ивану предложили судебную сделку – с него снимают все обвинения, а он подписывает пятилетний контракт с любой из корпораций, работающих на Гефесте. Тогда он еще не знал, что представляет собой эта планета, он думал, что слухи об ужасах Гефеста придумывают зеленые. Зеленые тогда развернули целую кампанию в прессе, они даже чуть не получили большинство в европейском парламенте. Короче говоря, Иван согласился отправиться на Гефест и пополнить собой армию шахтеров «Уйгурского палладия». У Ивана не было никакого образования, никаких дипломов, но он много читал, постоянно лазил по глобальной сети, он был более образован, чем большинство людей с дипломами. Он никогда не смог бы подняться выше должности простого рабочего, но по сути своей он был настоящим инженером. Он работал с полевыми роботами гораздо лучше, чем инженеры с дипломами, он был электронщиком от бога.
– Он не был похож на квалифицированного электронщика, – заметила Галя.
– Это неудивительно, он ведь никогда не был студентом, никогда не крутился среди образованных людей, он был пролетарием, но он был самым толковым и самым лучшим пролетарием из всех, кого я знал. И не только по профессиональным качествам, но и по человеческим. Я сам принимал его в братство.
– Но он устроил такую истерику…
– Он никогда не умел пить. Водку он пил еще болееменее, водку все русские пить умеют, а вот амброзия убивала его наповал. На самом деле это я виноват, я так обрадовался, что мы здесь все собрались, и совсем забыл про это… Надо было налить ему водки или вина. Черт возьми, я вообще ни о чем таком не подумал! Даже пистолет у него не забрал.
– Не убивайся, – Галя прильнула к Рамиресу. – Ты не можешь всегда предусматривать все детали, этого никто не может. Он сам виноват. Не умеешь пить – не пей, знаешь, что начнешь буянить, – отдай пистолет заранее. Это же очевидно!
– Молодым всегда все очевидно, – буркнул Рамирес. – Знаешь, Галя, в жизни все не так просто, как тебе кажется. Если бы каждый, кто по пьяни начинает буянить, заранее сдавал пистолет, криминальным репортерам было бы не о чем писать. Так о чем я…
– Ты говорил, что принимал Ивана в братство.
– Да, я принял его в братство. Пожалуй, в нашей ячейке он был единственным, кто без остатка отдавал себя делу братства. Дзимбээ всегда был себе на уме, Дева – хоть и умная баба, но развратная, как кошка, для нее мужики всегда были на первом месте. Кроме одного случая… Ши Хо никогда не отличалась большим умом, ей даже манифест братства было трудно понять.
– Кстати, как она
