Быть курьером – занятие очень ответственное. Тем более если ты доставляешь антикварный предмет, представляющий огромную ценность для целой расы. Но что, если при этом информацию от тебя скрывают, а сама доставка должна пройти в обстановке строжайшей секретности? Для Анатолия Ратникова, бывшего офицера, преград не существует, и вскоре ему придется узнать, что же это такое – загадочный золотой цверг. Лучше бы он не знал…
Авторы: Проскурин Вадим Геннадьевич
парк Масаи в двух часах полета.
– Знаешь эти места?
– Теперь знаю. Я подключился к глобальной сети.
– Как?! А, ну да, ты же почти киборг… А чего мы ждем?
– У моря погоды. Я послал сигнал бедствия на всех частотах, какие знаю, и еще отправил информацию по Деметре на сто разных почтовых адресов. Через часдругой вся Земля будет знать, что творится на Деметре.
– Ты ждешь, когда за нами прилетят?
– Если честно, я просто боюсь взлетать. Вокруг базы могут быть разбросаны секреты с дистанционно управляемыми пулеметами. Если мы нарвемся на один из них, нас расстреляют в воздухе, как куропаток. Тот, кто командует обороной базы, ввел абсолютное радиомолчание, я больше не могу сканировать их защитные системы. Через час они закончат перепрограммирование гранат, и тогда нам конец. Если до этого момента нас не спасут.
– А нас спасут?
– Надеюсь, что спасут. Но от нас в любом случае уже ничего не зависит. Можно положиться на удачу и взлететь, но я не хочу испытывать русскую рулетку третий раз подряд.
– Когда был второй?
– Когда мы вырвались из виртуальности.
– А первый?
– Когда я прибыл на Землю живым.
– А что здесь такого?
– Я не взял с собой воздуха.
– Упс… Да уж, это настоящее чудо.
– Никакого чуда, просто удача. Когда отключаешь биологический мозг, тело практически не потребляет кислорода.
– А в чем тогда удача?
– Что мозг удалось снова запустить. Кстати! К нам летит первый гость.
– Где?
– Вон там, на юге. Ты не увидишь, еще слишком далеко. Ого!
– Что такое?
– Толкинисты.
– Разве их еще не истребили?
– Выходит, что нет. Мда, из огня да в полымя.
– Может, собьешь их из пулемета?
– Издеваешься? У них «Скорпион» с тяжелым вооружением. Придется расслабиться и получать удовольствие. Некоторое время.
6
Анатолий ненавидел толкинистов. К самому пророку Толкину он относился нейтрально, «профессор», как его называют последователи, никогда не лез в политику (в отличие от пророка Леннона), он был спокойным и чудаковатым кабинетным червем. Еще в юности Анатолий прочитал «Властелина колец» и «Хоббита», попытался одолеть «Сильмариллион», но выдержал только первый десяток страниц. Анатолий не считал профессора гением, но и не думал, что он бездарен. Сила воображения Толкина, пожалуй, не имеет аналогов в истории (если не считать художественными произведениями христианские тексты), но вот остальные литературные достоинства священных книг Толкина, по мнению Анатолия, оставляли желать лучшего.
Но тех, кто поклоняется Толкину, Анатолий ненавидел всей душой. Дело было не только в том, что после того случая на Гае Анатолий крайне резко относился ко всем и всяческим экстремистам. Толкинисты были отвратительны Анатолию всегда, насколько он себя помнил.
Любая религия носит в себе черты легкого сумасшествия, но некоторые религии настолько пропитаны безумием, что практически невозможно сохранить разум, их исповедуя. Все знают, что в реальном мире нет ни эльфов, ни хоббитов, что вековечное противостояние между Морготом и валарами не имеет никакого отношения к реальной действительности, но когда ты каждый вечер проваливаешься в виртуальное Средиземье, когда все твои друзья ставят придуманный мир выше реального, рано или поздно ты делаешься таким же, как они. И тогда тебе становится все равно. Какойто древний философ сравнивал христианство с опиумом, но если христианство – опиум, то толкинизм – осшин. Подсесть на толкинизм трудно, но когда ты подсел, обратной дороги уже нет.
А самое страшное то, что хоббитские игрища выплеснулись из виртуальности в реальный мир. Когда Анатолий отправлялся в последнее путешествие на Гефест, средства массовой информации еще не успели выяснить, кто именно организовал поставку толкинистам тяжелых боевых роботов и кто несет персональную ответственность за то, что джунгли и саванны Юговосточной Африки превратились в независимое государство Эгладор. Странно, что за все это время правительство Земли так и не смогло подавить мятеж, это значит, что чума толкинизма еще опаснее, чем представлял себе Анатолий.
Когда боевой вертолет, начиненный электрической смертью по самые уши (если так можно сказать о вертолете), завис над ними, вздымая облака пыли, Анатолий не колебался.
Он отложил пулемет в сторону и приветливо помахал пустыми руками. Якадзуно стоял рядом, по его лицу было видно, что доза эмоций, полученных им за сегодняшний день, намного превысила предельно допустимую.
Вертолет приземлился, несущий винт замедлил вращение, но не остановился. Корпус машины был окрашен в защитный цвет, вертолет висел в считанных метрах перед Анатолием,
