Быть курьером – занятие очень ответственное. Тем более если ты доставляешь антикварный предмет, представляющий огромную ценность для целой расы. Но что, если при этом информацию от тебя скрывают, а сама доставка должна пройти в обстановке строжайшей секретности? Для Анатолия Ратникова, бывшего офицера, преград не существует, и вскоре ему придется узнать, что же это такое – загадочный золотой цверг. Лучше бы он не знал…
Авторы: Проскурин Вадим Геннадьевич
грызня, политики станут грызть глотки друг другу, журналисты раструбят по всей Земле об ужасах Деметры и сюда явится целая толпа посмотреть на живых пришельцев с исчезнувшей планеты. Если нам повезет, нас отсюда вытащат, а если не повезет, то замочат на месте. А все получилось наоборот. То ли эти уроды и впрямь контролируют всю прессу и всю политику…
– Какие уроды?
– Те, с которыми мы воюем. Те, кто натравил братство на Деметру, потом наркомафию на братство, а теперь сидит в безопасном месте и ждет, чем закончится эксперимент. Раньше я думал, что это резвятся корпорации или вообще отдельные люди…
– Олигархи?
Анатолий недовольно поморщился.
– Идиотское слово. Ну, в общем, да. Но, выходит, все намного хуже. СПБ явно в деле и притом не на нашей стороне. Иначе я не понимаю, почему мы здесь сидим, а все тихо и никто не пытается ни спасти нас, ни убить. И толкинисты кудато подевались…
При слове «толкинисты» Якадзуно поежился. Действительно, странно, почему толкинисты до сих пор не отомстили за гибель своего вертолета? Что бы там ни говорил Анатолий о мотивах своих действий, поступок получился подлым и отталкивающим. Вертолет прилетел на помощь, а спасаемые сначала хладнокровно перебили спасателей, до которых смогли дотянуться, а потом уничтожили и вертолет. Прямо как в древней пословице про змею, пригретую на груди.
Но если отвлечься от эмоций, приходится признать, что Анатолий разобрался с вертолетом очень изящно. Якадзуно думал, что, когда они покинут вертолет, Анатолийпопросту расстреляет его из пулемета, но он пошел другим путем – снял с мертвых толкинистов одежду, соорудил из нее некое подобие веревки и связал этим подобием два трупа за ноги. Получилось нечто похожее на большое нунтяку, в роли рукояток выступали мертвые тела. А потом Анатолий открыл люк, Якадзуно выпрыгнул, Анатолий сгреб трупы в охапку и тоже выпрыгнул, но если Якадзуно сразу же пошел на посадку, то Анатолий сначала взмыл вверх и бросил свою страшную ношу прямо на несущий винт. Вертолет еще не успел перейти на гравитационную тягу, винт вращался, и когда трупы толкинистов пересекли призрачный круг, образуемый лопастями, обломки лопастей вперемешку с клочьями мяса брызнули во все стороны. Вертолет затрясся и начал быстро терять высоту, пилот успел вовремя врубить гравитационную тягу и коекак посадить машину, но для этого пришлось дочиста опустошить аккумуляторы. Когда Анатолий убедился, что энергетические запасы вертолета исчерпаны, он открыл огонь.
– Сразу стрелять нельзя, – пояснил Анатолий минутой позже, когда вертолет уже догорал. – Мог сдетонировать боекомплект, и тогда от нас остались бы только два маленьких облачка, как от тех гранат. А когда вертолет сел, в нем уже не было энергии, одна только железная оболочка. Анатолий и Якадзуно немного посидели на теплой травке, приходя в себя после схватки, а потом из джунглей вышел Нгози с копьем в руке, поприветствовал их и отвел к своей хижине. Нгози совсем не испугался того, что в его заповеднике упал боевой вертолет. Когда Якадзуно спросил его об этом, тот ответил лаконично:
– Ненавижу толкинистов.
– За что? – поинтересовался Якадзуно.
– Я не всегда жил здесь, – сообщил Нгози.
На последующие расспросы Нгози либо отвечал уклончиво, либо не отвечал вообще.
Сумерки сменились ночью. Анатолий, Якадзуно и Нгози сидели около костра, вокруг царило первобытное спокойствие и ничего не происходило.
10
Гость явился утром. Он не стал незаметно подкрадываться, а предупредил о своем прибытии заранее, еще на подлете, по радио. Когда Анатолий услышал его имя и узнал голос, сердце дало сбой. Он как будто вернулся в те времена, когда мятеж кришнаитов еще не начался, когда психика Анатолия удовлетворяла всем критериям министерства обороны, а будущее виделось исключительно в радужном свете.
Полковник Кадзимэ Хииро не стал приземляться в непосредственной близости от Анатолия. Он приземлился метрах в двухстах от хижины Нгози, точно и аккуратно, как на картинке из пособия для новобранцев. Коснувшись земли, он даже не пошатнулся, и насколько мог судить Анатолий по гравитационным возмущениям, траектория снижения полковника была близка к оптимальной.
Полковник не стал сразу бросаться навстречу бывшему однополчанину. Он поднял руки и сделал полный оборот вокруг своей оси, помогая детекторам Анатолия убедиться в полном отсутствии оружия на теле незваного гостя. Только после этого господин Хииро подошел к Анатолию.
Приблизившись на дистанцию полутора метров, он остановился и поклонился, но не так, как кланяются перед боем, а так, как самурай кланяется другому самураю, чьи доблесть и иные качества он уважает настолько, что ставит
