Быть курьером – занятие очень ответственное. Тем более если ты доставляешь антикварный предмет, представляющий огромную ценность для целой расы. Но что, если при этом информацию от тебя скрывают, а сама доставка должна пройти в обстановке строжайшей секретности? Для Анатолия Ратникова, бывшего офицера, преград не существует, и вскоре ему придется узнать, что же это такое – загадочный золотой цверг. Лучше бы он не знал…
Авторы: Проскурин Вадим Геннадьевич
все еще держит в руках удостоверение Ибрагима.
– Да, конечно, – сказал Анатолий, протягивая Ибрагиму пластиковую карту, – извините.
– Не стоит того. Еще раз большое спасибо, был рад с вами познакомиться.
– Да! – вспомнил Анатолий. – Вы обещали рассказать, что там было внутри статуи.
Ибрагим внезапно стал серьезным и мрачным.
– А вы уверены, что хотите это знать? – спросил он.
– Уверен.
– Зря. Ну как хотите… Это ядерный заряд без взрывателя, построенный на совершенно новом принципе, примерная мощность около десяти мегатонн в тротиловом эквиваленте.
– Но статуя была нерадиоактивна!
– Я же говорю, этот заряд построен на совершенно новом принципе. Вот вы и узнали эту тайну, вам стало легче?
– Нет, – помотал головой Анатолий, – мне не стало легче. Это что же… новый Гайский мятеж?
– Типун вам на язык. Да, забыл сказать, будьте осторожны. Прямой опасности для вас я пока не вижу, но кто его знает… Хотите бесплатную охрану?
Анатолий возмутился. Вот только охраны ему еще и не хватало!
– Боец класса Е может и сам о себе позаботиться, – ответил он, стараясь скрыть негодование.
– Как знаете, – пожал плечами Ибрагим. – Если вдруг что вспомните или передумаете насчет смены работы, обращайтесь. Еще раз большое спасибо и всего доброго.
С этими словами Ибрагим встал из-за стола и направился к выходу из ресторана. Анатолий перевел взгляд на сцену, теперь там две полуобнаженные девушки хлестали кнутами третью, привязанную к вертикальной металлической решетке на колесиках. Анатолий потянулся к графинчику, но тут же отдернул руку, напиваться в подобной ситуации – не самая толковая идея.
Якадзуно вошел в комнату для посетителей и поприветствовал Ибрагима взмахом руки. Ибрагим спокойно сидел за столиком и делал вид, что изучает собственную мобилу, но при виде Якадзуно сразу встал с места и сделал шаг навстречу. Охранник, приглядывавший за нежданным гостем, дернулся было, но увидел вошедшего Якадзуно и успокоился. Он подошел к Якадзуно и вполголоса произнес:
– Этот человек спрашивал вас или господина Дэйна. Господин Дэйн сейчас занят, он обещал подойти попозже, как только освободится.
– А что случилось? – удивился Якадзуно.
Ему трудно было представить, что может найтись какое-то дело, способное отвлечь Дэйна от золотой статуи и связанных с ней проблем.
– Прибыл поезд с Гефеста, – сообщил охранник. – Там шесть пассажиров нашей компании, господин Дэйн должен их встретить.
– У вас всех пассажиров встречает на вокзале начальник службы безопасности?
– Нет, – охранник попытался скрыть улыбку, но не вполне успешно, – господин Дэйн не встречает пассажиров на вокзале, но он должен ознакомиться с их личными делами, мы называем это “встретить”.
– Тогда понятно. Я могу провести этого человека внутрь?
– Конечно. Господин Дэйн оставил инструкции насчет вас, вы вправе делать все, что может делать он. Только вам придется отметиться в журнале, обычно это не нужно, но сейчас… ну, вы знаете.
– Да, я знаю. Где журнал?
– Вот здесь, – охранник показал пальцем на неприметную прямоугольную коробочку на стене. – Просто проведите по ней вашей картой. Да, вот так. Все, можете вести его куда хотите.
Двумя минутами спустя Ибрагим грузно рухнул в мягкое кресло, в котором обычно сидел Дэйн. Не потому, что Ибрагим был невежлив, а потому что Якадзуно из вежливости указал ему на самое удобное кресло.
– Плохие новости, – сказал Ибрагим. – Статую сделали люди.
Якадзуно вздрогнул.
– Вы уверены? – спросил он. – Никакой ошибки быть не может?
– Никакой. Статую отлили на Гефесте в передвижном геологическом лагере. Узоры на боках и спине – не более чем имитация, на цвергский язык этот бред не переводится.
– Плохо. Что будем делать?
– Сегодня ночью статуя вернется обратно на таможню. Внутрь ей уже засыпали хлорид бария, такая соль используется в медицине, это самая тяжелая соль, какую удалось найти, Вес, конечно, уменьшился, но не намного, килограмма на два, даст бог, они сразу ничего не заметят. Следы вскрытия остались, но с первого взгляда их тоже не видно. Лучше было бы, конечно, сделать полный дубликат оболочки, но у нас на Деметре золото не достать, а делать имитацию из меди и цинка еще хуже. Мои ребята организуют засаду на складе, как только за статуей кто-нибудь придет, я вас оповещу. У вас есть что-нибудь новое?
– Ничего. Режим безопасности в здании усилен, надо полагать, вы заметили. А в остальном ничего нового. От нас что-нибудь требуется?
– Нет, пока ничего. А где Рональд, кстати?
– Уехал по делам. С Гефеста пришел поезд, там шесть
