Саманта

в плане поездок недостаточно уверенно, поэтому еще даже не навестила мою подругу в Калифорнии. Так что не знаю, Харви, наверное, я больше не гожусь на эту должность. Может, вы подумаете про Чарли?
— Он художественный директор, Сэм. Ты сама знаешь, насколько это необычно, чтобы художник стал режиссером. Это совершенно разные специальности.
— Может быть. Но он справится, и очень даже хорошо.
— Ты тоже. Так ты подумаешь об этом?
— Конечно, подумаю. Значит, вы теперь не шутите?
Сэм была изумлена как его решением, так и своей нерешительностью. Однако она уже не была уверена, что именно такая работа и есть предел ее мечтаний. Да и потом, как бы ловко ни справлялась она со всеми делами, сидя в инвалидном кресле, она не знала, удастся ли ей справиться с работой творческого директора, требовавшей гораздо большей подвижности.
— Как скоро я должна дать вам ответ?
— Через пару недель.
Сэм кивнула, они еще немного поболтали, и Сэм выехала из кабинета. Покидая Харви, она искренне собиралась дать ему ответ в конце второй недели. Но через десять дней жизнь поставила ей подножку, и Сэм показалось, будто небо обрушилось на землю. В последние два года у нее частенько возникало такое ощущение.

Она сидела в своем кабинете, держа в руке письмо от адвоката Кэролайн, и по ее лицу струились слезы. Потом проехала по коридору до комнаты Чарли и с опрокинутым лицом застыла в дверях.
— Что‑то случилось? — Чарли тут же оторвался от дел и подошел к ней.
Но это был глупый вопрос. Побледневшая Сэм кивнула и, въехав в комнату, протянула письмо. Он прочел и потрясенно посмотрел на Саманту.
— Ты знала?
Она покачала головой, проливая тихие слезы, и прошептала:
— Мне это даже в голову не приходило… Но, наверное, у нее больше никого нет.
Она простерла к Чарли руки, он дружески сжал их.
— О, Чарли! Ее больше нет! Что мне теперь делать?
— Успокойся, Сэм. У спокойся.
Однако Чарльз был потрясен не меньше Саманты. Кэролайн Лорд умерла неделю назад, в выходной. Сэм сначала обиделась: почему ей никто не позвонил? Там же Джош! Почему он ничего не сообщил? Но обида вскоре прошла. Ковбои ведут совсем иной образ жизни, им и в голову не пришло бы звонить ей в Нью — Йорк.
По завещанию Кэролайн ранчо отошло к Саманте. Кэролайн умерла во сне, спокойно, без мучений. Чарли — да и Саманта — подозревал, что она просто хотела этого. Без Билла Кинга жизнь была ей не мила.
Саманта медленно откатилась от Чарли и уставилась в окно.
— Почему она оставила ранчо мне, Чарли? Что мне теперь с ним делать, черт побери? Ну какая из меня теперь хозяйка ранчо? — Голос Саманты дрогнул: она вспомнила счастливые времена, вспомнила, как проводила там время с Барбарой, Кэролайн и Биллом, а потом и с Тейтом… Подумала о тайном убежище влюбленных, о Черном Красавчике, о Джоше — слезы еще быстрее заструились по ее лицу.
— Почему это ты не можешь быть хозяйкой ранчо? — послышался вопросительный голос Чарли, и, повернувшись к нему, Сэм поймала его взгляд.
— Потому что, как это ни прискорбно, как бы я ни пыталась сделать вид, что я нормальный человек и веду нормальный образ жизни: работаю, общаюсь с друзьями, живу одна и езжу везде на такси — в действительности я, Чарли, калека, в этом моя дорогая мамочка абсолютно права. Так на черта мне тогда ранчо? Что мне с ним делать? Смотреть, как они там ездят верхом на лошадях? Жить на ранчо могут только здоровые люди, Чарли.
— Твое здоровье зависит только от тебя. У лошади четыре ноги, Сэм. Так что тебе вообще ни одной ноги не нужно. Пусть лошадка за тебя ходит. А выглядеть ты будешь гораздо более стильно, чем в инвалидной коляске.
— У тебя плоский юмор, — сердито буркнула Саманта и, развернув коляску, выехала из кабинета.
Однако спустя пять минут Чарли явился к ней: он твердо решил обсудить новый поворот событий, не обращая внимания на ее сердитые крики.
— Оставь меня в покое, слышишь? Женщина, которую я так любила, только что умерла, а ты твердишь, что я должна туда поехать и кататься на лошадях! Оставь меня в покое! — вопила Сэм, но его эти вопли не убедили.
— Нет, не оставлю. Не оставлю, и вот почему: хотя мне, конечно, страшно жаль, что она умерла, я думаю, что для тебя ее наследство — это подарок. И не потому, что это ранчо стоит больших денег, а просто это мечта, с которой ты можешь прожить всю оставшуюся жизнь, Сэм. Я внимательно за тобой наблюдал с тех пор, как ты вернулась. Ты, конечно, работаешь так же хорошо, как и прежде, но если честно, то мне кажется, тебя это уже не волнует. По- моему, тебе не хочется здесь жить. С тех пор как ты влюбилась в ковбоя на ранчо, тебе хочется только одного, Сэм. Ты хочешь