Саманта

глазами на Сэм, — на Черном Красавчике ты ездить не будешь! Лучше не подходи к нему, а не то я тебе всю задницу отобью!
— Как же, остановишь меня! — Сэм уже не плакала, а смеялась, это было так похоже на прошлое… однако Джош вовсе не шутил.
— Остановлю с превеликим удовольствием. Хотел бы я знать, какой болван разрешил тебе сесть на того жеребца.
— Человек, который видел, как я умею ездить верхом.
— Вот до чего доводит желание покрасоваться.
Такой упрек мог ей бросить Тейт, и глаза Саманты моментально посерьезнели.
— Джош!
— Да?
— Ты так ничего и не слышал про Тейта Джордана?
С тех пор как Тейт уехал, прошло полтора года, однако Джош покачал головой.
— Нет. Еще одним ковбоем стало меньше. Бог его знает, куда он подевался. Да, Тейт был бы хорошим управляющим, Сэм.
«А мужем — и подавно», — подумала Саманта, но не высказала того, что было у нее на сердце.
— А как тебе нравится новый управляющий?
— Нормальный парень. Но он собирается уезжать. Ему сделали заманчивое предложение. Он заявил об этом юристу вчера утром. Парню не хочется рисковать, он боится потерять работу, если ты продашь ранчо, и поэтому, пока не поздно, решил уехать. У него куча детей, — добавил в оправдание управляющего Джош.
Сэм смерила его взглядом.
— А ты, Джош? Ты остаешься?
— Ну да, черт побери! Здесь слишком долго был мой дом. Куда я теперь поеду? Так что можешь продавать меня вместе с ранчо.
— Слушай, а если я его не продам… ты бы не хотел сделаться управляющим?
— Ты шутишь, Сэм? — В глазах Джоша вспыхнул интерес. — Ну, конечно, хотел бы! Правда, жена моя совсем возгордится, тошно на нее смотреть будет. Но ничего, переживем.
Они обменялись улыбками, и он протянул ей шершавую руку. Сэм ее пожала.
— Сэм! — Из приоткрытой стеклянной двери выглянул Чарли: он услышал, что Саманта с кем‑то разговаривает, и захотел узнать с кем.
Она торопливо повернулась к нему в кресле, представила Чарльза и Джоша друг другу, и они немного побеседовали про ранчо.
Наконец Джош снова опустил глаза и посмотрел на Саманту. Он на какое‑то время забыл о ней и вел разговор через ее голову.
— Ты долго здесь пробудешь, Сэм?
— Только до воскресенья. Потом мы должны вернуться. Мы с Чарли работаем в Нью — Йорке. Он художник.
— Не просто художник, а гений!
Все засмеялись.
— Вы умеете ездить на лошади? — поинтересовался Джош. Чарли покачал головой, и Джош широко улыбнулся.
— Мы вас научим. Сэм сказала, вы привезли с собой детей. — Да, троих. Сыновей.
— А сколько у вас вообще ребятишек? — поднял брови Джош.
— Четверо. Малышка осталась дома.
— Ну, это еще ничего! — хохотнул Джош. — У меня шестеро.
— Не приведи Господь! — в ужасе воскликнул Чарли, и все опять залились веселым смехом.
Джош познакомился с Мелли и мальчиками, а потом все отправились в конюшню, чтобы полюбоваться лошадьми. Мальчишки пришли в такой восторг, что принялись прыгать на кучах сена и визжать под дружный хохот взрослых. Было решено на следующий день преподнести ребятам урок верховой езды. Перед выходом Сэм ненадолго задержалась возле Черного Красавчика, который был, как обычно, великолепен и смирно стоял в своем закутке.
— Красивый конь. Правда, Сэм? — Тут Джош посмотрел на Красавчика с гордостью. Потом перевел взгляд на Сэм и добавил, словно что‑то припомнив: — Теперь он твой, Сэм.
— Нет. — Она печально покачала головой. — Он всегда будет принадлежать Каро. Но я буду на нем ездить.
Она улыбнулась, однако Джош на сей раз ее не поддержал.
— Нет, не будешь!
— Ладно, давай перенесем сражение назавтра.
Джош посмотрел на Саманту с сомнением, однако возражать не стал, и они спокойно добрались до хозяйского дома. У крыльца он их оставил, на прощание ласково поглядев на Сэм. Вот тогда‑то она и поняла наконец, что вернулась домой. Да, других она потеряла, но у нее все‑таки есть Джош. И прекрасное ранчо, которое досталось ей от Кэролайн, и воспоминание о тех минутах, которые ее подруга провела вместе с Биллом, и память о ее собственном счастье с Тейтом в тайном убежище влюбленных… Этого у нее никто не отнимет, особенно если она будет жить здесь!

— Так — так, Сэм… мы тебя держим… — Два ковбоя соединили руки и посадили на них Саманту, а двое других держали лошадь.
Это был не Черный Красавчик и даже не Навахо. Лошадь, предназначенную для Саманты, звали Красотка. Но на сей раз лошадиная кличка не раздражала Сэм. Она чувствовала себя сейчас такой немощной, что даже сама удивлялась, поэтому и лошадь для нее подобрали очень