Саманта

предложила Навахо, значит, он куда больше ей подходит!
Несколько мужчин, проходя мимо, кивнули Саманте. Похоже, ее присутствие уже не так их раздражало, как накануне. Саманта подозревала, что, даже ожидая увидеть ее сегодня утром, они еще не до конца поняли ее характер. Но в то же время Сэм было ясно, что сердца их можно покорить, только если ездить с ними на равных под проливным дождем, не сетуя на усталость. А раз она хочет провести ближайшие три месяца на ранчо Кэролайн, среди ковбоев, важно, чтобы они перестали ее считать чужой. Но от Сэм не укрылось, что на нескольких парней ее внешность и молодость произвели впечатление; накануне вечером она видела, как один из них завороженно уставился на нее, когда она сняла с волос резинку и тряхнула своей длинной гривой пепельно — белокурых волос. Поймав на себе взгляд парня, Саманта ответила мимолетной улыбкой, а он густо покраснел и отвернулся.
— Доброе утро, мисс Тейлор!
Чей‑то решительный голос ворвался в приятные размышления Сэм, и, подняв глаза на Тейта Джордана, она вдруг поняла, что готова пережить любую неловкость, лишь бы не трястись целый день на плохой лошади, повинуясь его приказанию.
В его взгляде было столько упрямой самоуверенности, что она моментально взбеленилась, стоило Тейту повернуть к ней голову.
— Наверное, вы устали после вчерашнего?
— Да вообще‑то нет.
Уж кому — кому, а Тейту она не собиралась жаловаться на усталость и на ломоту во всем теле! Устала ли она? Разумеется, нет!.. Одного взгляда на него достаточно, чтобы понять, каким могущественным и важным он себя считает. Надо же, помощник управляющего ранчо! Неплохо, мистер помощник. Биллу Кингу уже шестьдесят три, и он в любой момент может удалиться на покой, оставив Тейту Джордану в наследство свои громадные башмачищи. Хотя… Джордан, конечно, не будет смотреться в этой роли так внушительно, как Билл Кинг… не будет таким же умным, добрым и даже мудрым начальником… Саманта не понимала почему, но Тейт Джордан ужасно ее раздражал; любому постороннему человеку, который взглянул бы сейчас на Тейта, намеревавшегося отойти от Саманты, стало бы понятно, что между ними существуют скрытые трения.
— Э — э… Мистер Джордан! — Саманта неожиданно почувствовала странное наслаждение от того, что может его уесть.
— Да? — Тейт повернулся к ней лицом, держа на плече седло.
— Мне бы хотелось поехать на другой лошади.
Ее глаза были холодны, как стекло, а его внезапно сверкнули.
— К чему вы клоните? — В его голосе звучал скрытый вызов.
Саманту так и подмывало сказать, что она мечтает прокатиться на Черном Красавчике, но затем она решила не тратить на него свою иронию.
— Кэролайн считает, что мне вполне подойдет Навахо.
Джордан досадливо нахмурился, но потом кивнул и отвернулся, рассеянно бросив через плечо:
— Что ж, можно.
Эти слова еще больше разозлили Саманту. Почему ей требуется его разрешение? Разум подсказывал, что по очень простой причине, однако Саманта еще долго кипятилась: и подойдя к Навахо, и найдя в смежной комнатушке седло и уздечку, и вернувшись к коню, чтобы его оседлать. Это был прекрасный, конь: морда светлая с подпалинами, бока бурые, и очень характерный круп — белый, с большими коричневыми пятнами. Конь стоял смирно, пока Саманта водружала ему на спину седло и закрепляла подпругу, однако едва она вывела его из конюшни, стало ясно, что он гораздо норовистей Рыжика. Саманте пришлось немного попотеть, подчиняя его своей воле — он целых пять минут то и дело взвивался на дыбы, едва она пыталась присоединиться к ковбоям, которые уже начали выезжать со двора. Саманта попала в ту же группу, в которой была накануне, и по дороге к холмам заметила, что Тейт Джордан наблюдает за ней с явным неодобрением.
— Вы считаете, что справитесь с ним, мисс Тейлор? — Голос мистера Джордана был звучен, как колокол, и когда он, проезжая мимо, критически поглядел на то, что выделывала ее лошадь, Саманте вдруг страшно захотелось ему врезать.
— Я очень постараюсь, мистер Джордан.
— По — моему, вам все же следовало взять Леди.
Саманта не произнесла в ответ ни звука и поехала вперед. Через полчаса все уже были поглощены работой: искали отбившихся от стада животных и снова проверяли, цела ли ограда. Нашли больную телку, и двое мужчин принялись кнутами подгонять ее к одному из больших коровников. К тому времени, как наконец был сделан перерыв на обед, они уже проработали шесть часов. Остановившись на поляне, работники привязали лошадей к деревьям, которые росли вокруг. Как обычно, всем раздали бутерброды и кофе, разговор велся лениво, все расслаблялись. К Саманте почти не обращались, однако ее это не тяготило; она закрыла