Саманта

Утром, выпрастывая ноющее тело из простыней, Саманта лишь несколько первых мгновений кривилась от боли. Затем она неожиданно припомнила свой разговор с Кэролайн, и ей все стало нипочем: она ринулась в душ и даже не поморщилась, когда горячая вода забарабанила по плечам и голове. В то утро она даже на завтрак не пожелала тратить времени. Наплевать на еду! Во всяком случае, сегодня! Надо только выпить на кухне чашечку кофе и — бегом в конюшню! При одной мысли об этом Саманта расплылась в улыбке. Ни о чем другом она сейчас думать не могла. И когда она подбегала к конюшне, улыбка по — прежнему сияла в ее глазах. В углу тихонько беседовали двое мужчин, больше в конюшне никого не оказалось. Было слишком рано, и большинство работников еще не появились здесь. Они завтракали и пытались окончательно проснуться, взбадривая себя местными сплетнями и разговорами о делах ранчо, которые обычно велись в столовой.
Саманта тихонько, почти украдкой, взяла седло Черного Красавчика и направилась к его стойлу. Но тут же поймала на себе взгляды мужчин, один ковбой даже брови поднял. Они прервали свою беседу и смотрели на нее с молчаливым вопросом. Она так же молча им кивнула и проскользнула в стойло. Вполголоса успокаивая коня, Саманта провела рукой по длинной, грациозной шее и потрепала его по мощному крупу; Красавчик смотрел на нее сначала нервно, пятился и поворачивался боком, но затем остановился, словно решив обнюхать воздух возле того места, где стояла Саманта. Она повесила седло на дверь и, накинув жеребцу на голову уздечку, вывела его из стойла.
— Мэм! — окликнули ее, когда она обвязывала поводья вокруг столбика, чтобы ей было удобно оседлать Черного Красавчика.
Саманта обернулась, желая посмотреть, кто к ней обращается. Это оказался один из двух наблюдавших за ней мужчин, и она только сейчас сообразила, что он близкий друг Джоша.
— Мисс Тейлор! — снова воскликнул он.
— Да?
— М — м… вы что, собираетесь… нет, я не имею в виду… — Он был смертельно напуган и явно обеспокоен.
Сэм лучезарно улыбнулась ему в ответ. В то утро волосы ее свободно спадали на спину, глаза блестели, лицо порозовело от декабрьского морозца. Она была несказанно прекрасна и, стоя рядом с угольно — черным жеребцом, напоминала миниатюрную белогривую лошадку.
— Все в порядке, — поспешила успокоить мужчину Саманта. — Мне разрешила мисс Лорд.
— Ух ты!.. Мэм… а Тейт Джордан это знает?
— Нет, — Саманта решительно помотала головой. — Он не знает. И я не вижу оснований ему докладывать. Черный Красавчик принадлежит мисс Кэролайн, разве не так?
Мужчина кивнул, и Сэм снова одарила его ослепительной улыбкой: — Тогда нет причин для беспокойства.
Мужчина колебался, но затем пошел на попятную.
— Да, наверное… — Но тут же спросил, тревожно нахмурив
шись: — А вы не боитесь на нем ездить? Знаете, какая силища в этих длинных ногах!
— Держу пари, и он это знает! — Саманта одобрительно, предвкушая удовольствие, взглянула на ноги Красавчика и положила ему на спину седло.
Кэролайн приобрела для Черного Красавчика не только западное седло, но и английское седло, и именно его сейчас и надела на коня Саманта. Казалось, и ему приятно ощущать прикосновение гладкой коричневой кожи; английское седло было полной противоположностью неудобному западному, на котором Саманте пришлось ездить в последние два дня. Она привыкла к английскому седлу, так же как и к вполне определенной породе лошадей, на которых ей часто доводилось ездить, однако такой прекрасный конь, как этот, был бы редким подарком для любого наездника.
Оседлав Красавчика, Саманта потуже затянула подпругу, и тут один из ковбоев нерешительно приблизился к ней и помог взобраться на гигантского черного жеребца. Почувствовав на своей спине седока, Черный Красавчик нервно загарцевал, но Саманта крепко затянула поводья и, кивнув ковбоям, поспешно вывела коня во двор. По пути к первым воротам он несколько раз вставал на дыбы и пытался уклониться в сторону, но Сэм все же вывела его со двора и позволила перейти на рысь, которая быстро превратилась в галоп, когда они поскакали по полям. На небе к тому времени уже показались первые признаки рассвета, и вокруг пепельных волос Саманты возник золотистый ореол. Зимнее утро было великолепным, она ехала на великолепной лошади, равной которой у нее еще никогда не было… По лицу Саманты невольно расплылась улыбка, и она скакала на Черном Красавчике все быстрей и быстрей. Сэм в жизни не испытывала такого чувства свободы; это было похоже на полет, они мчались вперед, как бы слившись в единое целое… У нее сложилось впечатление, что прошел не один час, прежде чем она заставила коня изменить направление и, чуть осадив его, повернула