Саманта

домой. Этим утром ей еще предстоит отправиться на работу вместе со всеми, а она пропустила завтрак ради того, чтобы прокатиться на этом сказочном коне… До главного здания оставалось не больше четверти мили, и Саманта не смогла удержаться от искушения: она заставила могучего жеребца перепрыгнуть через узкую речушку. Он легко с этим справился, а она потом заметила неподалеку Тейта Джордана, который ехал на своем красивом черно — белом пинто и свирепо поглядывал на нее. Саманта слегка осадила Красавчика, повернула в сторону Джордана и поскакала к нему. На мгновение ей захотелось вызвать его на состязание и продемонстрировать свое умение ездить верхом. Но она поборола этот соблазн и просто понеслась к нему с ликующим видом на спипе прекрасного жеребца. Понемногу она заставила Красавчика перейти на рысь, и, когда они поравнялись с Тейтом, конь уже весело гарцевал под ней.
— Доброе утро! Не хотите ли прокатиться с нами? — Саманта посмотрела на Тейта с огромным торжеством; в его же глазах читалась ярость.
— Какого черта вы залезли на этого коня?
— Кэролайн разрешила мне на нем покататься, — Саманта говорила тоном капризного ребенка.
Она поехала еще медленней, и Тейт был вынужден скакать с ней бок о бок, возвращаясь домой. Сэм прекрасно помнила все, что он сказал ей накануне, и наслаждалась своим триумфом.
— Великолепный конь, не правда ли?
— Да. И если бы он оступился, прыгая через речку, его великолепные ноги были бы переломаны. Вы не подумали об этом, вынуждая его к прыжку? Вы что, не видели на берегу камни, черт побери? Или вы не знаете, что он легко может оступиться? — Голос Тейта далеко разносился в утренней тишине, и Саманта посмотрела на Джордана с досадой.
— Я знаю, что делаю, Джордан.
— Правда? — В его взгляде пылала неукротимая ярость. —
А вот в этом я сомневаюсь. По — моему, вы думаете только о том, как покрасоваться и стремглав куда‑нибудь понестись. Вы так перепортите черт — те сколько лошадей! Не говоря уж о том, что и сами покалечитесь.
Ехавший рядом с Тейтом Саманте захотелось заорать на него во весь голос.
— А вы что, справились бы лучше?
— Я, наверное, слишком много знаю, чтобы в это ввязываться. Такая лошадь должна участвовать в скачках или в шоу. Красавчику нечего делать на ранчо. На нем не должны ездить люди, подобные вам, мне или мисс Каро. Это конь для высококлассных наездников. Для людей, привыкших обращаться с такими скакунами. В противном случае пусть лучше стоит в конюшне.
— Говорю вам: я знаю, что делаю! — Голос Саманты прорезал утреннюю тишину, и Тейт внезапно, без предупреждения схватил ее поводья.
Обе лошади почти тут же остановились.
— А я вам вчера сказал, что вам этот конь не подходит. Вы или попортите его, или убьетесь сами.
— Ну и что? — сердито вскинулась Саманта. — Разве ваши предсказания сбылись?
— В следующий раз могут сбыться.
— Вам тяжело это признать, да? Невыносимо тяжело признать, что женщина скачет верхом не хуже вас. Вас ведь именно это бесит, не так ли?
— Да, черт побери! Это ж надо: плэй — герл заявляется сюда из города, чтобы поиграть пару недель в лихую наездницу, берет такого коня и заставляет его прыгать, не зная местности… Проклятье, ну почему такие люди, как вы, суются не в свое дело? Вам здесь не место! Неужели непонятно?
— Мне все понятно, отпустите мою лошадь!
— Да пожалуйста! Ради Бога!
Он швырнул ей поводья и ускакал. С чувством, что она не столько приобрела, сколько потеряла, Саманта направилась к конюшне, и вид у нее был уже не такой победоносный. Неизвестно почему слова Джордана ее задели. И потом… В них была крупица правды. Она действительно поступила неправильно, заставив Черного Красавчика перепрыгнуть через речушку. Сэм не знала местности… во всяком случае, не знала ее настолько хорошо, чтобы рисковать. Но, с другой стороны, это было настоящее чудо — лететь по воздуху на коне, лететь со скоростью ветра…
Увидев столпившихся во дворе мужчин, Саманта торопливо завела Черного Красавчика в конюшню. Она хотела немножко его почистить, накрыть попоной и уйти. Саманта собиралась
как следует почистить Красавчика вечером, но когда по — дошла к стойлу, то увидела, что Тейт Джордан уже поджидает ее. Зеленые глаза сверкали изумрудным огнем, а лицо казалось суровее, чем когда‑либо, но при этом Джордан был сейчас осанистей и красивее любого ковбоя, изображаемого на рекламных проспектах, и у Саманты даже промелькнула безумная мысль: она вспомнила про рекламу автомобилей новых марок, которой занималось ее агентство. Тейт прекрасно бы смотрелся на этой рекламе!.. Но, увы, они не в агентстве, и это не Нью — Йорк…
— Ну и как вы намерены обойтись с этой