Саманта

том, что Саманта была когда‑то женой одного из самых привлекательных мужчин на телевидении», — подумала Кэролайн.
— Ты‑то сама какого мнения о своих поступках? — Голубые глаза Кэролайн весело вспыхнули, и Саманта улыбнулась.
— По — моему, я совершила первый разумный поступок за долгие годы, и мне это очень приятно. И потом… — Сэм по — детски хихикнула, — если еще тут торчать, то мне, наверное, опять удастся покататься на Черном Красавчике!
— Я слышала, Тейт Джордан отнесся к этому не очень‑то благосклонно.
— Мне кажется, он вообще ко мне неблагосклонен.
— Ты его, вероятно, до смерти напугала, Саманта?
— Вряд ли. Он такой самовлюбленный, куда мне его напугать!
— Я думаю, что дело не только в этом. Кстати, он вроде бы сказал, что ты неплохо умеешь ездить верхом. Для него это величайшая похвала.
— Да, сегодня утром мне показалось, что он так считает. Но он готов скорее умереть, чем произнести подобные слова вслух.
— В этом он не отличается от остальных. Тут их мир, Саманта, не наш. На ранчо женщина — существо второго сорта. Во всяком случае, ей почти все время отводится второстепенная роль. А они тут все короли.
— Вас это раздражает? — Саманта заинтригованно следила за Кэролайн, но стоило пожилой женщине задуматься, как ее лицо заметно смягчилось и глаза подернулись дымкой нежности.
— Нет, мне это нравится. — В голосе Кэролайн звучала странная нежность, а когда она подняла глаза на Саманту и улыбнулась, то стала похожа на девочку.
В считанные доли секунды Сэм все стало понятно насчет Билла Кинга. В каком‑то смысле он был властелином Кэролайн, и ей это нравилось. Так длилось уже много лет. Она уважала его за силу, выносливость, мужественность, за знание хозяйства и умение обращаться с людьми. Ранчо принадлежало Кэролайн, и она вроде бы управляла всеми делами, но в действительности бразды правления держал в своих руках Билл Кинг. Ковбои относились к Кэролайн с почтением, но как к женщине, а не как к настоящему хозяину ранчо. Становиться навытяжку их заставлял Билл Кинг. А теперь еще и Тейт Джордан. В этом было что‑то животное, унизительное для женщины и… притягательное. Как современная женщина, Саманта пыталась этому сопротивляться и — не могла. Обаяние таких мужчин было слишком сильным.
— Тебе нравится Тейт Джордан? — слишком прямой вопрос прозвучал странно, но Кэролайн задала его с таким наивным видом, что Саманта рассмеялась.
— Нравится ли он мне? Нет, я не думаю, что могла бы в него влюбиться.
Однако Кэролайн совсем не то имела в виду, и, поняв это, Саманта залилась серебристым смехом и откинулась на спинку стула.
— Он знает свое дело. Наверное, я уважаю его, хотя ладить с ним нелегко, и вряд ли он испытывает ко мне симпатию. Тейт — привлекательный мужчина — вас это интересовало, да? — но подступиться к нему непросто. Это странный человек, тетя Каро.
Кэролайн молча кивнула. Когда‑то она говорила то же самое про Билла Кинга…
— А почему вы спросили?
Между ними ведь ничего не было! Ничего такого, что Кэролайн могла бы почувствовать или увидеть, наблюдая за их работой в течение дня.
— Не знаю. Просто у меня такое ощущение… мне кажется, ты ему нравишься, — Кэролайн сказала это просто, как обычно говорят девушки.
— Сомневаюсь, — Саманта усмехнулась скептически. А затем произнесла более решительно: — Но как бы там ни было, я сюда приехала не за этим. Я не намерена излечиваться от влюбленности в одного мужчину влюбленностью в другого! Тем более что тут нет подходящей кандидатуры.
— Почему ты так уверена? — Кэролайн посмотрела
на нее как‑то странно.
— Потому что мы чужие. Я чужая для них, а они — для меня. Я их понимаю ничуть не лучше, чем они меня. Нет, — тихонько вздохнула Сэм, — я приехала сюда работать, тетя Каро, а не заигрывать с ковбоями.
Кэролайн ее выражения рассмешили, и она покачала головой.
— Однако же именно так все и начинается. Никто никогда не собирается…
На мгновение Сэм показалось, что Кэролайн сейчас ей в чем- то признается. Может быть, она через столько лет решила сказать, что у нее роман с Биллом Кингом?.. Но минутный порыв тут же прошел, Кэролайн встала, сложила посуду в раковину и потянулась к выключателю. Лусия — Мария давно ушла домой. Саманте вдруг стало жаль, что она не помогла Кэролайн разговориться, однако у нее создалось впечатление, что Кэролайн очень боялась сболтнуть лишнего. Дверца, ведущая в ее душу, тихонько затворилась.
— Говоря по правде, тетя Каро, я уже влюбилась в другого.
— Вот как? — Пожилая женщина бросила свое занятие и ошеломленно воззрилась на Саманту. Она и не подозревала, что такое может быть.
— Да.
— Будет