Самоучитель для бога. Дилогия

не имеет ничего такого в виду? Мало ли что на пьяной вечеринке бывает. Ведь Настя никогда не напивается и всегда держит себя в руках. А что похвалила… Так ведь она и актеров постоянно хвалит. К киношным героям, что ли, ее ревновать?
Но ведь это не актер! Это «интересный мужчинка», который работает в рекламной фирме, черт его побери! И может быть, они вместе поедут на море! И вполне возможно, что…
В груди Егора заклокотало и сделалось горячо. Он всей душой возненавидел этого кучерявого Стаса. Деньги! Где взять деньги? Полштуки баксов, чтобы не потерять любимую!
Игорь засобирался домой. Настя вышла его проводить, оставив Егора наедине с его мыслями. А мысли были невеселыми. Чем больше он об этом думал, тем отчетливее понимал, что денег ему не найти.
Вернулась Настя, он хотел сказать ей об этом, но она затараторила:
– Молчи, молчи, молчи! – Она подскочила к нему и приложила указательный пальчик к его губам. – Подумай сначала! Утро вечера мудреней! Неужели мы сегодня не найдем чем заняться?
Настька! И правда, неужели же не найдем?! Гори все синим пламенем. Он молча подхватил ее, обнял, привлек к себе на диван. Она взвизгнула, тут же спохватилась, прошептала:
– Дурак! Мама же услышит!
– Ничего! У тебя мама культурная – я знаю! – прошептал Егор, а руки уже скользили по Настиному телу.
Егор в глубокой задумчивости возвращался домой. Вот Настюха, блин! Выкинула фортель! Надо же, собралась на курорт! Как же ее одну туда отпустить? Это же… невозможно! Деньги! Нужно срочно добыть денег!
А Игорь каков! Радехонек, что Настя с ним едет. Наверняка уже планы в своей грузчичьей голове строит, сволочь. И ведь как насмехался! Как издевался! «Я грузчиком больше тебя зарабатываю…» Зачем и учился… Фу!
– Эй, парень! – из раздумий вырвал резкий оклик. Егор вздрогнул, огляделся недоуменно. Слишком уж знакомый голос. Егор как раз подходил к своему дому, пара шагов до подъезда оставалась. Из беседки среди зарослей к нему шел… давешний хриплоголосый.
Черная футболка обтягивала накачанную фигуру, волосы все так же топорщились ежиком. Взгляд еще пронзительнее, чем тогда, у магазина. Егор разом собрался, рука метнулась убрать очки, но попридержал. Вроде хриплоголосый идет с миром. Зрение моментально обострилось, лицо хриплоголосого предстало в мельчайших подробностях. До прыщика у носа и выпавшей реснички на щеке.
– Как… это… тебя звать? – поинтересовался парень, остановившись и пристально вглядываясь в Егора. Словно прицеливается, куда камень кинуть, мелькнуло в голове.
Лоб отозвался легким покалыванием. Хоть книга и вылечила, но удар все еще в памяти.
– А какое тебе дело до моего имени? – угрюмо бросил Егор.
– Ладно, и так узнаю! – не обратил внимания на его грубость парень,–А меня Олег зовут. Как князя того… который… это… вещим был!
«Так вот кого имел в виду дед. И правильно, я бы такому тоже не доверился!» Егор молча глядел на Олега, что еще скажет.
– Я это… тебе сказать хотел, что погорячился тогда… – признался Олег. Слова он подбирал с трудом, словно говорил на незнакомом языке, – Это… с камнем в смысле! Жалею!
– Ишь ты! – удивился Егор. – Извиняться, что ли, пришел?
– Ну и это тоже! – продолжал Олег. Егор всматривался в это худое лицо и думал: «Что же ты замышляешь? Череп, обтянутый кожей, по лицу ничего не прочтешь. А мысли читать я еще не сподобился. Что тебе нужно?» Олег продолжал: – И это тоже! Но главное… это… ты ценность мою забрал!
Ценность? Егор вздрогнул. Неужели он знает про книгу?!
– Какую еще ценность? – поспешно спросил он. Слишком поспешно. Глаза Олега блеснули, Егор возмущенно засопел.
– Которую тебе Онуфрич дал! – заволновался Олег. На бесстрастном лице появилась тень эмоций. – Мою ценность!
– Да какую твою ценность? – Егор постарался придать голосу равнодушные нотки. – Не давал он мне ничего!
– Давал! – осклабился Олег. – Знаю, что давал! Так вот, эта ценность моя! Понял? Я на нее все права имею!
– Какие права?! Дед мне ее сам отдал… – взорвался Егор и осекся. Черт! Проговорился! Он продолжил: – Дед добровольно отдал! А вы отнять хотели!
– Ее?! Стало быть, она… женского рода вещь! – обрадовался Олег. Глаза его так и загорелись. Он весь подался вперед, впившись в Егора глазами: – Скажи мне, что это?
Егор вспомнил приятную шероховатость кожи, этот скрип, этот запах. Он как наяву увидел книгу, перед глазами заискрился серебристый туман. Тут же спохватился, словно Олег мог угадать мысли. Да как он смеет посягать… даже думать о том, что это сокровище может быть его? Ни за что!
– Ты даже не знаешь, что это такое, а претензии какието предъявляешь, – сказал он спокойно, хотя хотелось кинуться на этого