Егор Светлов, обыкновенный инженер-конструктор из города Хлынова. И жизнь он ведет обыкновенную: любимая девушка, веселые друзья, приятные коллеги, словом, все как у людей. Но привычный расклад рушится за одну ночь. Егор спасает странного умалишенного дедушку, который в благодарность дарит ему возможность реализовать мечты…
Авторы: Кривошеин Алексей
бомжей.
А вот и он сам. Бомжовое воинство почтительно расступилось, вперед вышел маленький мужичок в кепке без верха. Как и в прошлый раз, на нем красовалась безрукавная фуфайка, значки и медали тускло поблескивали в лесном полумраке. На голове под кепкой белела марлевая повязка, придающая дяде Ване облик контуженого бойца.
– Вот вы и попались! – проговорил главарь бомжей, потирая руки. – Сначала не поверил, что великий Первый будет пробираться через наши края, но теперь вижу!
– Пропустите нас, – сказал Егор. В голосе его слышалось ледяное спокойствие. Он стоял перед ними в своей черной монашеской робе и смотрел безучастными глазами. – Прошу, не вмешивайтесь!
– Не вмешиваться? – Кустистые брови дяди Вани поднялись, он повернулся к своим людям, словно призывая оценить шутку. – Как же мы можем не вмешиваться, если вы на нашей территории?
– Дядя Ваня, мы же ваши друзья! – воскликнул Игнат, шагнув вперед. – Вы же сами в прошлый раз говорили.
– Дружба закончилась! – Дядя Ваня посерьезнел. – Сейчас у меня приказ непосредственно от Властелина! Я не могу противиться!
– Можешь, – сказал Егор.
Лицо дяди Вани дрогнуло, он словно к чемуто прислушивался. Потом расплылся в улыбке:
– Я знаю, что ты будешь морочить мне голову. Властелин предупредил нас! Мы не станем слушать тебя! Мы просто принесем ему твою голову!
Игнат в страхе отступил, дядя Ваня уже не был тем добродушным малым, каким он старался себя выставить в прошлую их встречу. Теперь он был Учителем враждебной секты. После его слов толпа разом надвинулась, бомжи сжали оружие, угрюмо глядя на них.
– Что ж, – грустно проговорил Егор, Игнат уловил в его голосе усталость, – вы сделали свой выбор.
От Егора повеяло опасностью. Игнат отчетливо это ощутил. Ощутили и бомжи. В их нестройных рядах раздались возгласы удивления и страха. Они подались назад.
– Стоять, сучьи отродья! – закричал дядя Ваня. На него слова Егора не подействовали. – Нас много, а он один! И за него назначена огромная награда! Целый месяц мы сможем сыто есть и хмельно пить! Подумайте только, целый месяц мы будем королями города! Властелин обещал…
Егор глядел на это воинство человеческих отбросов, и в его голове печально ползли мысли: “Опять все постарому, снова приходится проявлять жестокость. Они не оставляют мне выбора. Они сами не ведают, что творят… Но это их выбор”.
Егор прислушался к себе. Ледяное спокойствие в душе. Словно нет никакой опасности. Так не пойдет. Спокойствие не даст нужной силы, спокойствие хорошо, когда общаешься с приличными людьми. Здесь же нам противостоит толпа. Огромная бездушная толпа людей, которые на самом деле уже не люди.
Словно подтверждая его слова, толпа вновь расступилась, рядом с человеком, назвавшимся дядей Ваней, встал подросток. Над ним не было Знака, но Егор почувствовал в нем странную силу.
– А вот и он! Волчий Пастырь! – прокричал дядя Ваня. – Теперь вам не поздоровится!
Лицо Пастыря замерло, губы раздвинулись, блеснули ровные, белые зубы. В кустах раздалось шуршание, со всех сторон на поляну стали выходить собаки. Дикие, грязные дворняги, ухоженные домашние овчарки и доберманы.
Огромный сенбернар, словно слон посреди стада верблюдов, вышагивал гордо и уверенно. Пара крысомордых бультерьеров держалась поодаль. Стая вышла, неслышно ступая на мягких лапах, и окружила Пастыря. Десятки горящих глаз плотоядно впились в Егора.
Егор глядел на стаю и думал: “Подобно этим собакам, которые по примитивности своей вынуждены подчиняться ребенку, также и все сектанты будут подчиняться Властелину. Только потому, что он наделил их силой. Наделил – и может в любой момент ее забрать. – Егор поморщился. Они хотят войны, они получат ее! Нужно очистить город от этой грязи!”
В глазах Егора зажглись злые огоньки. Грязь! Грязь! Грязь! Эти люди – отбросы города. Дерьмо, разлитое на окраинах. Они только и могут, что вонять и портить жизнь нормальным людям. Егор обвел взглядом людей, столпившихся перед ним. Здесь нет ни одного нормального человека. Все одеты в жуткие, грязные лохмотья. Десятки раз заплатанные, зияющие дырами и рваными краями. Несмотря на то что ветер в другую сторону, все равно от этого сборища человеческого отребья несет нечистотами. Многие с палками и прутьями. Почерневшие от грязи руки уверенно держат импровизированное оружие. Видно, что не первый раз берутся за него.
Егор протянул к ним невидимые ментальные трубы, они вонзились в виски бомжей, в голове Егора ожили чужие воспоминания.
“Подайте бедному на пропитание! Дом сгорел! Жена бросила! Денег нет! Я жертва отмены льгот! Правительство нас забыло! Мы сирые и убогие…” – нестройный вой жалобных голосов захлестнул сознание.
