Самоучитель для бога. Дилогия

призванное излечить город от болезни. Хотя скорее это напоминает раскаленный прут, прижигающий рану. Выжечь скверну каленым железом! Егор брезгливо оглядел поле боя и шагнул дальше.
Эти люди встали на его пути. Они недостойны жизни. Он прошел сквозь обожженные деревья, прямо перед ним предстал котлован свалки. Огромные горы мусора, испражнения и грязь смешались здесь в сплошное месиво человеческих отходов. И в этих кучах мусора, словно крысы, копошились люди. Скверна! Это гной в ране города! Его нужно удалить! Прижечь!
Егор огляделся кругом. На противоположном склоне котлована стояли небольшие домики из коробок и пенопласта. Жалкое подобие жизни. Они пытаются притвориться, что живут, а на самом деле они существуют. Гадят, паразитируют на теле города. Прижечь!
Егор поднял руки – в центре свалки начал зарождаться темный вихрь. Бомжи, роющиеся в отходах, вскрикнули, начали испуганно отползать от странного явления. Вихрь подхватил мусор, поволок по кругу бумаги и тряпки. Он набирал силу. Ближайшего человека подхватила незримая сила, затянула в вихрь. Бомж орал истошно, маленькая фигурка, дергающая руками и ногами. Среди мусора началась паника, бомжи пытались убежать от зарождающегося вихря.
– Прижечь! Они недостойны жить! Все виноваты! Все!
Егор стоял, подняв руки к небу, ветер бешено рвал его волосы, полы робы развевались словно крылья гигантской птицы. Игната едва не сбивало с ног мощным напором ветра, но он не желал уходить. Он хотел видеть. Он схватился за дерево и глядел, широко распахнув глаза.
Вихрь захватил уже всю котловину. В центре ее полыхнуло пламя, словно там ктото высек искру! Яркая вспышка – и огонь мгновенно разнесся повсюду. Игнат только и успел, что моргнуть глазами, и вот уже вся котловина залита ярким пламенем. Оно кипит и ревет, словно страшный загнанный зверь. Игнат видит, как вспыхивают и рушатся аккуратные домики. Там пламя не такое сильное. Там люди не испаряются бесследно, как в центре, они всего лишь вспыхивают, словно факелы, и долго бегают и катаются по склону, пытаясь потушить всепожирающее пламя.
А потом все разом прекратилось. Вихрь и пламя исчезли. Игнат ахнул – котловина была пуста. Пламя выжгло все дотла, лишь черные, оплавленные стены остались в гигантском котле. Емкость готова для новой порции испражнений города. Как физического, так и человеческого мусора.
Ноги Игната подогнулись, и он сел. В голове стучали молоты, отдаваясь гулом по всему телу. Наверное, этот гул пламени всё еще не ушел из ушей. Игнат поглядел на Егора. Тот стоял рядом и смотрел на содеянное. Лицо его хмурилось.
Егор был недоволен. Ярость снова сыграла с ним злую шутку. Слишком жестоко он покарал бомжей, не стоило так увлекаться. Егор сделал себе заметку на будущее. Он шагнул вперед, под босыми ногами захрустела черная корочка гари. Позади него робко трусила маленькая, жалкая фигурка. Этот человечек наконецто осознал его силу. Пусть идет. Пусть.
И они двинулись дальше. Испуганно притихший лес поглотил две маленькие фигурки.
– Это Властелин чтото сотворил с ними! – проговорил Игнат. Он поймал себя на мысли, что пытается найти оправдание этим людям. Слишком жестоко поступил с ними Егор.
– Так не бывает, – жестко сказал Егор.
Он посмотрел на Игната. Жалкий удел слабых людишек. Они постоянно ищут оправдание. Оправдание себе, оправдание другим людям. Казалось бы, зачем оправдывать другого человека, совершившего страшное. Может, это милосердие? Нет! Это всего лишь жалкий эгоизм! “А вдруг я окажусь на месте подсудимого, вдруг меня так же станут судить!” И уже неважно, какое преступление совершил преступник, никто не желает смаковать грехи. Люди принимаются смаковать возмездие, выставлять его в черных красках. А ну как подсудимый невиновен, а не слишком ли мы жестоки с ним? Будто бы нельзя быть жестоким с жестоким человеком. Будто ктото запретил убивать убийц, насиловать насильников, воровать у воров. Будто ктото запретил возмездие!
– Они вольны не выполнять его команды, – сказал Егор. – Ведь ты не выполняешь.
– Мне помог Жабик, – упрямо нахмурился Игнат.
– Ты недооцениваешь себя. – На бесстрастном лице Егора появилась тень улыбки.
– Ты хочешь сказать, что они стали такими… сознательно? – недоверчиво проговорил Игнат.
– Властелин дал им соблазн. Он показал им краешек пути, ведущего к мечте. У когото это деньги, для когото власть, ктото просто хотел избавиться от комплексов. Рост – единственная система развития человеческого существа, которая не просто действует, она действует легко, без усилий и затрат. А знание и сила, полученные без усилий, не идут на пользу. Мощь должна приходить в муках и с большим трудом. Тогда и пользоваться