Русский учёный открывает «окно» во времена царствования Бориса Годунова Спецназ ФСБ, «усиленный» историком и специалистом по фехтованию, отправляется в прошлое. Участники экспедиции должны предотвратить смуту.
Авторы: Шидловский Дмитрий
но недооценивает левых. На этом в нашем мире и погорел. Ну ничего, именно эту его оплошность я и устраню. Чем же мне заняться дальше? Можно остаться в этом мире и посмотреть эпилог. Хотя стоит ли? Да и технически это сложно. На вид мне до сих пор около тридцати. А прошло уже четыре года. Еще три – пять лет – и начнутся вопросы: „Как это вы, Сергей Станиславович, совсем не меняетесь?!“ Но даже не это главное. Нельзя терять ясность видения исторических процессов. А это возможно только при взгляде со стороны. Если я задержусь здесь, то превращусь в одного из участников событий, потеряю объективность. Прав Басов: если к чему‑то привязываешься, то перестаешь адекватно воспринимать происходящее. Страсти мешают. Но я не Игорь. Не могу я отстраниться и вести растительное существование. Пойду в другой мир и помогу тамошней России обрести свободу и достаток. С какого же начать? Наверное, с царствования Александра Второго. Тот мир ближе всего к революции… Стоп. Не замечтался ли я? Ведь в этом мире Ленин еще жив, угроза октябрьского переворота еще не снята… И мы, кажется, пришли».
Отряд залег на краю поляны, посредине которой рядом со стогом сена располагался небольшой неприметный шалаш. Почти такой же, как и тот, что видел Чигирев в своем мире в восьмидесятых годах двадцатого века, только у этого вход был заслонен вкинутым сверху одеялом.
«Нет, не будет здесь никого музея‑заповедника через восемьдесят лет», – подумал Чигирев и взвел курок.
– Поручик, прикажите солдатам окружить поляну. Вы идете со мной. При попытке преступников бежать или сопротивляться стрелять на поражение.
– Не беспокойтесь, гражданин товарищ министра, – плотоядно усмехнулся ему в ответ офицер, – не уйдут.
Поручик тоже достал из кобуры револьвер, и по егo решительному виду Чигирев понял, что преступники обязательно «окажут сопротивление» и их придется убить.
Когда взвод окружил поляну, Чигирев и поручик мягко ступая на полусогнутых ногах, приблизились к шалашу. Обойдя его с двух сторон, они прислушались. В шалаше явно кто‑то был. До слуха историка донеслось ровное дыхание спящего. Сосчитав про себя до трех, Чигирев шагнул ко входу и сорвал одеяло.
Пронзительный женский крик огласил окрестности. Чигирев увидел, как в полумраке шалаша забилась в угол, прикрывая руками грудь, абсолютно голая блондинка с длинной косой. Глядя на непрошеных гостей, она истошно визжала.
– Какого черта? – с пола шалаша приподнялся обнаженный Басов. – А, это ты. Наконец то! Я уж тебя ждать устал.
Совершенно ошарашенный Чигирев вылупил от удивления глаза:
– Ты? Как? А где…
– Ленин? Ушел. Уже давно.
Басов вытащил из угла комок одежды и принялся натягивать нижнее белье.
– Кто вы такой? – строго спросил поручик.
– Басов я, Игорь Петрович. Коммерсант. – Басов застегнул брюки, надел башмаки и, оглянувшись, бросил девушке какую‑то короткую фразу по‑фински.
Та нервно закивала, подобрала лежавшее у стены платье, быстро натянула его и стремглав бросилась вон, вся красная от стыда. Про себя Чигирев отметил, что девушке от силы лет девятнадцать, а ее фигура и миловидное лицо вполне могли бы обеспечить ей приз на международном конкурсе красоты в конце двадцатого века.
– Гражданин, извольте объяснить, с какой целью вы здесь оказались, – потребовал поручик.
– Сам, что ли, не понял? – насмешливо посмотрел на него Басов. – Слушай, поручик, ты бы спрятал свою пушку да отошел со своими ребятами шагов на двести. Нам с гражданином товарищем министра поговорить надо.
Поручик растерянно уставился на Чигирева.
– Да, поручик, отведите людей, – распорядился тот.
Сердито козырнув, поручик повернулся и зашагал прочь.
– Ты можешь объяснить мне, что все это значит? – повернулся Чигирев к Басову.
– Я хотел с тобой поговорить. Кстати, пойдем к озеру. Там очень красивый вид.
– Почему здесь? – Чигирев послушно шагнул за Басовым.
– Ты такой занятой человек, что на прием к тебе просто не пробиться. Да и атмосфера в министерстве официальная. А то, что ты сюда придешь, было вполнe предсказуемо. Убирать Ленина, пока он легально жил в Петрограде, у тебя руки не выросли. Все‑таки политическое убийство. И охраняли его неплохо. А здесь можно сделать это спокойно «при попытке к бегству». Все логично.
– Ленина предупредил ты?
– Я обещал не вмешиваться, я и не вмешиваюсь.
– Тогда кто?
– Не догадываешься?
– Крапивин?! Какого черта ему надо? Он же был поборником самодержавия! Хотя в последнее время говорил о необходимости реформ. Ах черт! – Чигирев хлопнул себя ладонью по лбу. – Конечно, в монархии он разочаровался. Против демократии
